Мы поднялись к себе в комнату, оставили оружие и переоделись. Кира осталась приводить прическу в порядок, говорил же ей, чтобы не высовывала голову из окна, а она не послушала и нахватала веток. Я же спустился в обеденный зал, сделал заказ и стал ждать.
— И как это понимать? — Интересно, Куратор, вообще, может начать разговор не с упрека?
— Ба! Какие люди и без охраны! Чем обязан? Да шучу я, ничем я тебе не обязан. А вот на тебе должок!
— Не начинай! Верну я тебе мороженое!
— Да я не о мороженом. Ведь все! Все, что нажито непосильным трудом: три корабля космических, три магнитофона, три портсигара, куртка замшевый! Три!
— Ты закончил? — Он посмотрел по сторонам, а потом сказал. — А где Кира?
— А она покурить вышла. — Сразу после его вопроса Кира вышла из двери, и, поднеся на секунду указательный палец к губам, стала подкрадываться.
— Как покурить? Что курить? Она же…
— Бабайка! — Кира положила ему руку на плечо и рявкнула прямо в ухо.
Куратор подпрыгнул на месте, чуть-чуть не достав до балки, народ в зале фыркал и посмеивался, уткнувшись в тарелки.
— Второй раз! Дай пять! — Я подставил ладонь, и Кира хлопнула по ней, после чего уселась за стол, рядом со мной. — Ай-яй-яй, теряешь хватку. — Обратился я к ошалелому чекисту. — То предателя проворонил, теперь вот диверсанта проспал. А если бы там враги были?
— С такими союзниками… Никаких врагов не надо! — Выпалил он в ответ. — Вы что? Специально издеваетесь?
— Да! — Крикнули мы хором.
— Короче, собирайтесь.
— Ты нас прогоняешь? Броневик верни тогда!
— Нет, вы летите на первый форпост.
— Пип, неверный ответ, вы — самое слабое звено, зрительный зал входит в ваше очко. Счет один-ноль в пользу телезрителей, а вы получаете в лоб хрустальной совой! Никуда мы не летим!
— Нет, летите. На первый форпост напали позавчера, они собирают всех.
— Каждый сам за себя! Забыл? И, заметь, не я это объявил! Сами отобьются!
— Они уже отбились…
— Тогда тем более нет смысла туда лететь!
— Отбились, но с потерями. Второго раза могут не пережить.
— И я упорно не могу понять, причем же тут мы? Ну не переживут, так не переживут, я это переживу.
— Ты же хочешь мороженое?
— Хочу! Но не хочу подыхать за уродов, что кинули меня. Кинули нас всех, сами заперлись в крепости, а как их пощупали за мягкое вымя, тут же надумали объединить все силы для своей защиты!
— В любом случае, вертолет уже летит сюда…
— Так чего ты стоишь? — Я перебил его. — Объявляй тревогу! Зенитки на позиции! Воздух! Огонь на поражение!
— Прекрати! — Блин, зачем так орать? Теперь в ушах звенит. — Они хотят обменяться информацией.
— Чудно! Впусти меня в радиорубку, я им все расскажу. Все расскажу, все выскажу, пошлю всех туда, куда им самое место!
— Ты же знаешь, что не всю информацию можно доверить эфиру.
— Нас подслушивают? А кто? Непры, ЦРУ, ФБР, китайцы, а, может, марсиане? Или ты от других людей информацию утаиваешь? На тебя не похоже, про корабль-то, вон, всем разболтал.
— Если бы ты рассказал им про армию непров, таких потерь могло бы не быть! А секреты стоит хранить, чтобы не было паники!
— Во-первых, я сказал тебе об армии, это ты должен был их предупредить, у меня все равно рация сгорела. А, во-вторых, о панике: ты тут разорался, посреди таверны, в которой бывает половина города! И знаешь, я, пожалуй, слетаю, если что не понравиться, я разнесу там все, до чего не добрались непры. А твой долг с этих пор вырастает до невообразимых размеров! Все! Не мешай! Не видишь: мы кушаем!
После обеда пришла пора сборов. Взяли только огнестрельное оружие, рельсотроны останутся в комнате, не буду вводить людей в соблазн отжать у нас инопланетные пушечки. Вместо них я взял с собой гранатомет, вдруг все-таки придется прорываться с боем. Ну, вот не доверяю я им. Опять какую пакость задумали, очевидно же.
Когда мы спустились и вышли на улицу, уже можно было расслышать звук вращающихся лопастей. Вскоре и сама машина показалась из-за леса. Маленький пассажирский вертолет приблизился к форту, завис в воздухе, выбирая место для посадки, и начал снижаться. Когда мы подошли к севшему вертолету, увидел Куратора, который уже ждал нас.
— Прибыл лично убедиться, что мы тебя покидаем? Ну ладно, прощай. Разберут нас на органы злые дяденьки-ученые. — Я посмотрел на его каменное лицо. — Совсем тебе не жалко нас! Как ты будешь спать-то после такого?
— Хватит паясничать! Не надоело?
— Нет! — Еще бы мне надоело, это же мое любимое развлечение — бесить людей. — И кстати, где мое мороженое?
— Да на! Подавись! — Он открыл дверь вертолета, достал оттуда ведерко и протянул его мне.
— Что там? — Я забрал ведерко и открыл его. — Да не может быть! Мороженое! — Я понюхал содержимое. — Вроде натуральное.
— Натуральное, натуральное!
— Ну вот, часть долга погасил. Остался пустяк. Всего два каких-то затрапезных корабля. А кстати, Шах с Лисой не летят?
— Летят, их и ждем.
