Смирнову поставили скобы на челюсть, теперь он не мог говорить аж целую неделю. За это время целительницы обещали помочь восстановить хрящевые ткани, соединив сломанные кости. Его освободили от занятий, дабы лишний раз не травмировать ни мозг, ни челюсть, велев побольше отдыхать и пить бульоны через трубочку. Мне, как пострадавшему на несправедливой дуэли, тоже выписали больничный, дабы рана смогла затянуться. Санек, прежде чем разойтись по своим комнатам, написал на бумаге просьбу. Он хотел, чтобы этот самый бульон я принес к нему вечером. Пить при всех через трубочку парню было немного стыдно. Не стал отказывать, ведь в его травме был отчасти виноват, не успев вовремя среагировать.
— Я тут подумал, что слишком слаб, мне очень нужны накопители, — написал в тетради Смирнов, когда вечером навестил парня. По сути, он мог попросить натаскать его в рукопашном бою, и я бы помог перед турниром. Прочтя, поднял вопросительно бровь.
— Если бы два раза подряд смог применить гипноз, тогда этого бы не произошло. А у меня случился откат, пришлось от урода скакать как заяц по полю, — Саньку было немного стыдно за трусливый стиль ведения боя. Сначала своей позой Фантазер должен был вывести из себя Емельянова. Это давало шанс быстро взять того под контроль, как только дистанция окажется минимальной. Да и увернуться из позиции сидя гораздо легче, выполнив перекат. Вот только самый опасный момент, как и предположил, наступил после снятия гипнотического воздействия. Если для всех поединок был завершен, то не для самого противника. Он об этом элементарно не помнил. Дальше необходимо было вымотать разгневанного минотавра, простым бегом с уклонениями и резкой сменой траектории. Санек справился и с этой задачей, петляя по полю, аки заяц, удирающий от волка. Только последнего маневра после завершения маны не предвидел никто. Емельянов умел бегать гораздо быстрее без магического щита, враз догнав своего противника.
— Второй раз не стал бы снимать магию, пока не обезопасил себя, — Смирнов мог держать под гипнозом довольно долго своего оппонента, и делать с ним все, что заблагорассудиться. — Я совсем не боец, и меня на турнире раскатают в два счета. Но если смогу брать под контроль не одного, а сразу несколько противников, тогда с легкостью нагнем старшекурсников, — продолжал строчить в блокноте Санек.
Не мог не согласиться с доводом парня. Нам потребуется удача и много маны, чтобы хоть как-то противостоять сильным соперникам.
— Давай, пока оба на больничном, сгоняем в бывшую столицу Москву, находящуюся в зоне отчуждения. Найдем там музей с минералами и, не спеша, все проверим, вдруг найдем накопитель, — продолжил строчить на бумаге Фантазер, а я лишь читал написанное. — Даже если мы пропадем, отправившись в иной мир, то тебе не впервой возвращаться оттуда.
— И на чем мы туда доберемся? — безумным план не выглядел, проблема стояла лишь с перемещением.
— Так ты у нас гений, уверен, что-нибудь обязательно придумаешь, — начеркал Смирнов, с надеждой на меня посмотрев. И он был прав, у меня уже появилась идея, как быстро добраться до Москвы, чтобы отец ничего не проведал об этом. Нужно лишь позвонить одному человеку, оставшемуся сейчас без работы. Он был первоклассным шофером, но не умел хранить верность своему господину, поддавшись на чары искусительницы. У каждого есть свои слабости, одной из которых и собирался воспользоваться.
— Завтра после посещения целительницы отправимся в бывшую столицу, собери необходимые вещи, — улыбнулся, выходя из комнаты парня, предвкушая интересное приключение. Никто в здравом уме не стал бы соваться в опасную зону, но я же Псих, ненормальный, и этим все сказано…
