Психоанализ детских страхов полностью

2 апреля можно констатировать первое существенное улучшение. Если до сих пор его никогда нельзя было побудить на долгое время выйти за ворота и всякий раз, когда появлялись лошади, он со всеми признаками ужаса мчался домой, то теперь он остается перед воротами целый час, даже если мимо проезжают телеги, что у нас довольно часто случается. Иногда он бежит в дом, когда видит, как вдали едут лошади, но тотчас, словно передумав, возвращается обратно. Во всяком случае, от тревоги имеются только остатки, и с тех пор, как было дано разъяснение, нельзя не заметить прогресса. Вечером он говорит: «Раз уж мы вышли за ворота, то давай пойдем в городской парк».

3 апреля рано утром он приходит ко мне в кровать, тогда как в последние дни он больше не приходил и даже, казалось, гордился таким воздержанием. Я спрашиваю: «Почему же ты сегодня пришел?»

Ганс. Пока я буду бояться, я больше не приду.

Я. Значит, ты приходишь ко мне потому, что боишься?

Ганс. Когда я не у тебя, я боюсь; когда я не у тебя в кровати, тогда я боюсь. Пока я не буду больше бояться, я больше не приду.

Я. Значит, ты меня любишь и тебе страшно, когда ты утром находишься в своей кровати; поэтому ты приходишь ко мне?

Ганс. Да. Почему ты мне сказал, что я люблю маму и я боюсь потому, что люблю тебя?