Психоанализ детских страхов полностью

Ганс. Пришла Ханна. Фрау Краус (акушерка) уложила ее в кровать. Ведь она не умела ходить. А аист принес ее в своем клюве. Она же ходить не умела. (Продолжая на одном дыхании.) Аист поднялся по лестнице, а затем постучал, а тут все спали, а у него был нужный ключ, он открыл дверь и уложил Ханну в твою[38] кровать, а мама спала; нет, аист уложил Ханну в ее кровать. Уже была ночь, и аист совершенно спокойно уложил ее в кровать, он совсем не шумел, а потом взял шляпу и ушел обратно. Нет, шляпы у него не было.

Я. Кто взял шляпу? Может быть, доктор?

Ганс. Затем аист ушел, ушел домой, а потом он позвонил, а все люди в доме уже не спали. Но ты не рассказывай этого маме и Тинни (кухарка). Это тайна!

Я. Ты любишь Ханну?

Ганс. О да, очень люблю.

Я. Тебе было бы лучше, если бы Ханна не появилась на свет, или тебе лучше, что она есть?

Ганс. Мне было бы лучше, если бы она не появилась на свет.

Я. Почему?

Ганс. Во всяком случае, она не кричала бы так, а я не могу вынести крика.

Я: Ведь ты и сам кричишь.

Ганс. Ханна кричит тоже.

Я. Почему ты не можешь этого вынести?

Ганс. Потому что она кричит очень сильно.

Я. Но ведь она совсем не кричит.

Ганс. Когда ее шлепают по голой попе, тогда она кричит.

Я. Ты ее когда-нибудь шлепал?

Ганс. Когда мама шлепает ее по попе, тогда она кричит.

Я. Тебе это не нравится?

Ганс. Нет… Почему? Потому что она своим криком создает такой шум.

Я. Если тебе было бы лучше, чтобы ее не было на свете, значит ты ее совсем не любишь?

Ганс. Гм, гм… (соглашаясь.)

Я. Поэтому ты думал, что если мама, когда ее купает, уберет руки, то она упадет в воду…

Ганс (дополняет.)…И умрет.

Я. И ты остался бы тогда один с мамой. Но хороший мальчик этого все-таки не желает.

Ганс.Но думать об этом ему можно.

Я. Но это нехорошо.

Ганс.Когда об этом он думает, это все-таки хорошо, потому что тогда можно написать об этом профессору[39].

Позднее я ему говорю: «Знаешь, когда Ханна вырастет и сможет говорить, ты будешь ее любить больше».

Ганс. О нет. Я и так ее люблю. Когда она осенью будет большая, я пойду с ней в парк и буду ей все объяснять.

Как только я хочу приступить к дальнейшему разъяснению, он прерывает меня, вероятно, чтобы объяснить мне, что это не так уж плохо, если он желает смерти Ханне.

Ганс. Послушай, ведь она уже давно была на свете, даже когда ее еще не было. Ведь у аиста она уже тоже была на свете.

Я. Нет, у аиста она, наверное, все же не была.

Ганс. Кто же ее принес? У аиста она была.

Я. Откуда же он ее принес?

Ганс. Ну, от себя.

Я. Где же она у него там была?

Ганс. В ящике, в ящике аиста.

Я. А как выглядит этот ящик?

Ганс. Он красный. Выкрашен в красный цвет (кровь?).

Я. А кто тебе это сказал?

Ганс. Мама – я так думал – так в книжке.

Я. В какой книжке?

Ганс. В книжке с картинками.

(Я велю ему принести свою первую книжку с картинками. Там изображено гнездо аиста с аистами на красном камине. Это и есть ящик; как ни странно, на той же странице изображена лошадь, которой подбивают подкову. Ганс помещает детей в ящик, поскольку он их не находит в гнезде.)

Я. А что аист с ней сделал?

Ганс. Потом он принес Ханну сюда. В клюве. Знаешь, это тот аист, который из Шёнбрунна, который кусает зонтик.

(Воспоминание о небольшом происшествии в Шёнбрунне.)

Я. Ты видел, как аист принес Ханну?

Ганс. Послушай, ведь я тогда еще спал. А утром аист не может принести девочку или мальчика.

Я. Почему?

Ганс. Он этого не может. Аист этого не может. Знаешь, почему? Чтобы люди не видели, и вдруг, когда наступает утро, девочка уже здесь[40].

Я. Но тогда тебе все же было любопытно узнать, как аист это сделал?

Ганс. О да!

Я. Как выглядела Ханна, когда она пришла?

Ганс(фальшиво). Совсем белая и миленькая, как золотая.

Я. Но когда ты ее увидел впервые, она тебе не понравилась.

Ганс. О, очень!

Я. Ведь ты был поражен, что она такая маленькая?

Ганс. Да.

Я. Какой она была маленькой?

Ганс. Как молодой аист.

Я. А как еще? Может быть, как люмпф?

Ганс. О нет, люмпф намного больше… чуть меньше, чем Ханна теперь.