— Они обшаривают Галактику в поисках замороженного тела легендарного терранца. Я полагаю, жидкий гелий впервые был получен где-то в шестидесятом тысячелетии до галактической эры и использовался как раз для замораживания трупов. Когда этот дикарь оттает, то он якобы откроет нам утерянные тайны веков и благодаря своей древности и мудрости разом решит все наши проблемы. Про эти воскрешения написана куча всякой литературы. — Карджил зашелся от смеха, вообразив, как терранский мессия в медвежьей шкуре в отчаянии бродит по коридорам Светлого Разума, ища дерево, на которое можно помочиться. — Когда я служил на флоте, ко мне не раз подъезжали, чтобы я поискал этого замороженного спасителя. Как-то раз сектанты даже прислали мне файл с его якобы только что найденными судовыми документами, из которых следовало, что тело находится в радиусе тысячи лиг от моего корабля.
Гиперлорд Кикажу Джама презрительно фыркнул.
— Казалось бы, в наш просвещенный век о подобной чепухе давно пора забыть!
— В том, что эта чепуха существует, виноваты психократы, черт бы их побрал! — мрачно проворчал Карджил Линмакс.
При этом желанном, но неожиданном проявлении ереси Джама вздрогнул и выпрямился на своем стуле, невольно заглянув при этом в провал каньона. Он с трудом перевел дух и заставил себя расслабиться, прижавшись спиной к стене.
— Как это? — спросил он, внимательно глядя в лицо Карджила и стараясь не опускать глаза.
Подданные Второй империи остерегались слишком охотно подхватывать чужое недовольство.
— Психократы хранят тайны. — В лице старика было больше отвращения, чем гнева. — Их способность поддерживать порядок заключена в секретности психоисторических методов. Они предсказывают и направляют. А нам, простым смертным, они никогда не позволяют знать слишком много, чтобы мы не могли противодействовать их планам. Все тот же замшелый миф о женщине и яблоке: знание опасно, а неведение — благо. Своим примером психократы учат нас, что сила заключена в тайне. Мы должны оставаться в нашем упорядоченном райском садике, чтобы не навлечь опасностей, которые порождает знание. Они не могут сказать нам, что сила — в знании, потому что тогда им придется этим знанием поделиться. Так удивительно ли, что все кругом кишмя кишит сектантами, которые толкуют о достоинствах скрытой силы?
— Вы так смело рассуждаете…
— Мне нет необходимости скрывать тот факт, что я не имею власти.
Какой-то человек в куртке с длинными рукавами — одним красным, другим зеленым — окликнул их с дальнего балкона и испустил длинную заливистую трель. Карджил ответил не менее сложным набором звуков и повернулся к гостю, который ничего не понимал.
— Это наш секретный язык. Я пригласил его к себе обсудить городские дела. Вы же помните, что я в некотором роде здешний мэр, руковожу группой, которая берет на себя обязанности властей, когда те тянут с решениями.
Они встали, чтобы вернуться в комнату. Джама прижался к стене, уцепившись пальцами за шероховатые камни кладки. Он с ужасом наблюдал, как высоко над ними пролетел, медленно покачиваясь, ярко раскрашенный человек-аэростат, который, видимо, спрыгнул с одного из подвесных куполов крыши этого густонаселенного каньона. Человек тоже прокричал что-то Карджилу, но было слишком далеко, чтобы услышать. Похоже, гостеприимный хозяин знал каждого в своем маленьком мирке, существующем почти обособленно внутри гигантского планетополиса Светлого Разума. Его деловитость и уверенность в себе внушали уважение. Кикажу пришло в голову, что он непременно должен завербовать этого человека в свою зарождающуюся организацию заговорщиков.
Немного позже ему пришлось быть свидетелем беседы «мэра» Карджила с четырьмя «членами муниципалитета», одним из которых оказался человек с разноцветными рукавами. Старый капитан не предложил им сесть, а только выслушивал, иногда задавая вопросы по существу. Сами обсуждаемые дела были Джаме неинтересны — местные проблемы местных людей, которых он вряд ли когда-нибудь увидит, — но он был восхищен мастерством, с которым Карджил руководил подчиненными. Мэр дал одно за другим три поручения и четко сформулировал повестку дня следующего собрания — речь шла о реконструкции старого стадиона, на которую правительство жалело денег. Покончив с делами, Карджил распрощался с гостями, сославшись на срочную работу.
Он повернулся к Джаме, оживленно потирая руки.
— А ведь у нас и в самом деле срочная работа! Пожалуй, теперь мы уже знаем все, что только можно, об этой вашей штуковине. Итак, момент истины!
И не открывая вакуумного шкафа-анализатора, где находилось нефритовое яйцо, он загрузил всю информацию оттуда прямо в свой пам. Некоторое время он стоял неподвижно, глядя прямо перед собой. Джама замер в ожидании. Наконец капитан удовлетворенно кивнул и, как будто спохватившись, включил плоский демонстрационный экран.
