Психологическое время личности полностью

Мы удовлетворяемся, как правило, удачно найденным словом или временным образом, не отдавая себе отчет о природе самого переживания, воплощенного в этих формах. Подгоняемые минутной стрелкой и листками календаря, мы торопимся успеть за «бегом времени», упуская зачастую «свой час» в этой погоне, надеясь, что он никуда не уйдет, что его еще можно вернуть, но обнаруживая вдруг, что уже поздно, и то, что казалось рядом, так и не родилось или умерло в далеком прошлом. Психологическое время мстит за себя, за то, что мы не замечаем его, за то, что часто изменяем ему, слишком увлекаясь часами и минутами. Остановимся, чтобы все же прислушаться к его словам, научиться понимать его язык, ибо у «исследуемой реальности есть еще и язык в самом широком смысле этого слова, и она никоим образом не дана познанию вне его» [Зинченко, Мамардашвили, 1977, 111].

Лексическая шкала удаленности

Понятие «временная удаленность события» содержит указание на то, что данное событие отделено от какого‑либо другого события, являющегося точкой отсчета, некоторым, большим или меньшим, интервалом времени. В случае, если отношения между событиями анализируются в хронологическом времени, речь будет идти о хронологической удаленности, при анализе психологического времени — о психологической удаленности. Частным случаем удаленности является отношение между рассматриваемым событием и событием, происходящим «сейчас», в некоторый подвижный, меняющий свою локализацию «данный момент времени»; преимущественно этот вид удаленности анализируется ниже.

Для передачи различных градаций удаленности естественный язык обладает богатыми лексическими средствами. Простейшими из них являются наречия времени — своего рода «метки» на шкале субъективной удаленности событий в прошлое или будущее. Два базисных слова — давно и скоро, — используемые в разных сочетаниях с другими словами, задают лексическую шкалу от «очень давно» до «очень нескоро», границы которой могут быть расширены путем еще больших степеней (очень–очень…), а внутренние градации конкретизированы (рис. 11).

Лексика удаленности не имеет однозначно очерченных хронологических границ; более того, даже точка отсчета —· сейчас — на практике означает промежуток времени иногда со значительной длительностью, сильно меняющейся в зависимости от обстоятельств [Есперсен, 1958, 302]. Тем не менее мы интуитивно чувствуем ее временную нагрузку, благодаря чему постоянно пользуемся ею, причем не только наедине с собой, но и в общении с другими людьми. Несмотря на отсутствие конвенциально закрепленных хронологических границ, мы в принципе понимаем смысл, вкладываемый другим человеком в слова: давно и недавно, скоро и сейчас. И чем ближе нам этот человек, чем сильнее его жизнь переплетена с нашей, тем прозрачней нам этот смысл, тем меньше ошибок мы совершаем в его прочтении.

Наречия времени — ненадежный инструмент для ориентации в хронологической удаленности, но для этих целей существует лучшее средство — часы и календари. Наречия времени не всегда, однако, дают точные ориентиры и в психологической удаленности, но чтобы найти лучшие, необходимо ясное понимание того, отражением каких количественных характеристик психологического времени являются лексические шкалы удаленности.

2. Единицы измерения психологической удаленности

Мы уже неоднократно подчеркивали, что с точки зрения причинно–целевого подхода единицей анализа психологического времени является межсобытийная связь. Было выделено три типа таких связей: реализованные — соединяющие события хронологического прошлого, потенциальные — связывающие события хронологического будущего, и актуальные — связывающие события прошлого с событиями будущего. Каждое событие, в зависимости от удельного веса в его событийном поле тех или иных связей, характеризуется разной степенью реализованности, потенциальности и актуальности, что обусловливает вероятность его отнесения в психологическое прошлое, будущее или настоящее.

Гипотеза о связи между модусами психологического времени и характеристиками событийного поля, сформулированная в гл. II, уже содержит в себе идею о единицах измерения психологической удаленности, поскольку отношение «давно — сейчас — нескоро» отличается от отношения «прошлое — настоящее — будущее» лишь большей дифференцированностью каждого временного модуса, а лексическая шкала удаленности — большей дробностью, соответствующей различным градациям удаленности событий в прошлое или будущее. Это позволяет предположить, что лексическая шкала, выполняя функцию ориентировки в психологическом времени, служит для оценки реализованности и потенциальности события. Данная наиболее общая формулировка конкретизируется в двух следующих гипотезах.