Итак, мы смело можем сказать: сколь ни кажутся иногда неопределенными реакции человека на окружающие условия по сравнению с реакциями низших животных, неопределенность эта, по всей вероятности, происходит не оттого, что последние располагают такими импульсами к деятельности, которых нет у человека. Наоборот, человек располагает всеми импульсами к действию, какие имеются у животных, и, сверх того, еще множеством других. Иными словами, с физиологической точки зрения между инстинктивными и разумными действиями нет никакого антагонизма. Сам по себе разум не может задерживать импульсы; единственное, что может нейтрализовать данный импульс, есть импульс в противоположном направлении. Впрочем, разум может сделать вывод, который, подействовав на воображение, способен изменить направление импульса, и, следовательно, хотя наиболее разумное животное есть в то же время наиболее одаренное инстинктивными импульсами, однако оно никогда не кажется автоматом, действующим роковым образом, каким должно казаться животное, руководимое только инстинктом.
Два фактора, нарушающих единообразие инстинктов. В жизни взрослого животного инстинкты могут быть замаскированы двумя другими факторами: 1) задерживающим влиянием привычек, 2) своим преходящим характером.
Закон задерживающего влияния привычек заключается в следующем. Когда объект, принадлежащий известному классу, вызывает в животном определенную реакцию, то нередко животное начинает предпочитать первый экземпляр данного класса, на который оно реагировало, и перестает реагировать на другие экземпляры того же класса.
Животные даже низших видов предпочитают определенный угол для житья, определенную самку, определенное пастбище, определенный вид пищи, вообще определенные объекты среди множества им подобных. «Блюдечко» обыкновенно прикрепляется постоянно к одной и той же части скалы, а морской рак возвращается в тот же облюбованный им уголок на дне моря. Зайцы испражняются всегда в одном и том же месте, птица норовит каждый год свить гнездо на том же суку дерева. Во всех этих случаях животное, предпочитая известный объект, относится безразлично ко всем другим подобным объектам, что физиологически можно объяснить только задерживающим влиянием прежних импульсов, вошедших в привычку, на новые аналогичные импульсы.
Обладая своим домом, своей женой, мы становимся удивительно индифферентны к домам и женам других, как бы они ни были привлекательны. Немногие из нас настолько отважны, чтобы относиться к любой пище с полнейшим равнодушием: для большинства из нас непривычное меню представляет нечто противное. Мы склонны думать, что незнакомые нам лица, особенно приехавшие из дальних городов, не представляют никакого интереса для знакомства. Тот первоначальный импульс, который побудил нас к приобретению дома, заключению брака, установлению дружеских отношений, определенного образа питания, сразу заставил нас истратить весь запас энергии, так что новые, аналогичные впечатления не вызывают у нас никакой реакции. Наблюдая эту невосприимчивость человека ко множеству впечатлений, иной психолог способен прийти к заключению, что у людей не существует никакой инстинктивной наклонности к известным объектам. На самом деле наклонности эти существовали, но в смешанном виде или существовали даже в виде простого, чистого инстинкта, пока не образовалась привычка. Она, овладев каким-нибудь инстинктивным стремлением, суживает его область, заставляя нас реагировать только на освоенный объект, хотя и другие объекты могли бы так же легко стать для нас привычными, если бы попались нам на глаза первыми.
Другой пример задерживающего влияния привычки на инстинкт мы имеем тогда, когда тот же класс объектов вызывает прямо противоположные импульсы. При этом импульс, которому мы первоначально следуем, будучи направлен на один из объектов данного класса, может сделать навсегда невозможным возникновение в нас противоположного импульса по отношению к любому объекту данного класса. Определенное отношение к известному экземпляру данного класса может сделать действительно невозможным для нас противоположное отношение ко всему классу. Например, в ребенке животное может вызывать два прямо противоположных импульса: или стремление приласкать его, или стремление бежать от него в страхе. Если, например, собака при первой попытке ребенка погладить ее оскалит зубы или укусит его и тем сильно испугает малыша, то могут пройти годы, прежде чем ребенок снова почувствует импульс приласкать собаку.
