Восприятие обусловливается сложными нервными процессами в коре головного мозга, вызываемыми комплексными раздражителями, действующими на наши органы чувств. Эти комплексные раздражители вызывают деятельность не одного какого-либо анализатора, а одновременно нескольких анализаторов.
Например, мы одновременно ощущаем: зрением — цвет яблока, кожей — его температуру и свойства его поверхности, обонянием — его запах, вкусовыми рецепторами — его вкус и т. д. Эти возбуждения в рецепторах дают, по словам И. П. Павлова, «первое основание анализу», но ещё недостаточное для полного осуществления восприятия. Для последнего необходимо, чтобы возникшие в рецепторах возбуждения были переданы в кору больших полушарий головного мозга, где и образуются сложные аналитико-синтетические нервные связи, являющиеся физиологической основой восприятия.
Возбуждения, возникающие под воздействием комплексного раздражителя в нескольких различных рецепторах, передаются в мозговые концы анализаторов. Одновременно (или в ближайшей последовательности) возбуждения этих корковых отделов приводят к образованию временных нервных связей между ними, к сложным, интегративным нервным процессам, в состав которых входят не только возбуждение непосредственно от комплексных раздражений, но и ожившие следы прежних нервных связей.
Все эти процессы носят условно-рефлекторный характер; в них участвуют рефлексы разной степени сложности, образовавшиеся на базе не только непосредственных раздражений, но и уже укоренившихся условных связей, т. е. условные рефлексы 2-го, 3-го, 4-го и т. д. порядка.
Восприятие является отражением цельного объекта, отдельные части которого связаны друг с другом в каком-то определённом отношении. Благодаря этому мы воспринимаем самую структуру объекта (выраженную в определённом характере отношения его частей), абстрагируясь от качества самих раздражителей. Например, какую-либо мелодию мы воспринимаем независимо от того, сыграна ли она в высоком или низком регистре, на рояле или скрипке или пропета голосом. Мы видим одну и ту же картину, абстрагируясь от того, написана ли она красками, представлена ли в гравюре, или просто дана нам в виде фотографического снимка.
Физиологической основой восприятия в данном случае является установленный И. П. Павловым «рефлекс на отношение», в котором сигнальное значение имеет не качество раздражителей, а особенности отношения между ними. И. П. Павлов доказал, что эти особенности отношений могут восприниматься даже тогда, когда они даны раздражителями, действующими на совершенно различные анализаторы.
Так, у собаки был выработан положительный условный рефлекс на 120 ударов метронома в минуту и отрицательный на 60 ударов. После того как условные рефлексы образовались, в том же темпе были предложены зрительные раздражители, состоящие из прерывистых вспышек света. Оказалось, что собака реагирует положительно на вспышки света в темпе 120 раз в минуту и отрицательно, если темп вспышек составляет 60 раз в минуту, хотя условный рефлекс у неё был выработан на звук, а не на свет. Это показывает, что качество раздражителей в данном восприятии не играет роли: временная связь у животного образовалась на темп, в котором предъявлялись раздражители, а не на их качество.
Важнейшую роль в нервных процессах, составляющих физиологическую основу восприятия, играют связи второй сигнальной системы, органически связанные с первосигнальными возбуждениями, находящиеся с ними в единстве, но вместе с тем имеющие в этом единстве ведущее, направляющее значение. Так, при взгляде на рисунок, совмещающий в себе два различных изображения, мы будем воспринимать то из них, которое нашло соответствующее отражение в слове, в названии предмета. При этом слово (вторая сигнальная система) организует непосредственные наглядные образы (первая сигнальная система).
Когда мы сознаём (а это невозможно без слов), что видим «вазу», в системе первосигнальных раздражителей первенствующее значение приобретают белые места рисунка и контур их воспринимается как очертание вазы. Когда же нам говорят, что здесь изображены «два профиля, обращенные друг к другу», система первосигнальных раздражений перестраивается, в ней на первый план выступают чёрные места рисунка, контуры которых воспринимаются как очертания лиц, а отдельные части контуров приобретают значение лба, губ, подбородка.
При повторном восприятии сходных предметов все эти сложные нервные процессы приобретают характер динамического стереотипа, в результате чего отдельные нервные центры быстро и легко по проторённым путям связываются с соответствующими другими центрами. Вот почему при взгляде на какую-нибудь часть предмета (например, ножку стола) мы воспринимаем её как часть целого (именно, как ножку стола, а не как самостоятельный кусок дерева).
