Психология доверия полностью

А. Б. Купрейченко, С. П. Табхарова (2009) пишут, что функции, которые несут доверие и недоверие в регуляции делового поведения, не позволяют однозначно утверждать, что в отношениях доверия респонденты будут демонстрировать высокий уровень соблюдения нравственных норм, а в отношениях недоверия – низкий. То есть нельзя говорить о прямом влиянии доверия/недоверия на нравственность делового поведения. Кроме того, возможно и обратное влияние, когда отношение к соблюдению нравственных норм способствует укреплению доверия, преодолению недоверия или же злоупотреблению оказанным доверием и т. д. Так, например, проявляя в ситуации воспринимаемого недоверия высокую ответственность, терпимость и справедливость, человек рассчитывает на преодоление недоверия и завоевание доверия. Низкий же уровень ответственности, правдивости и справедливости при воспринимаемом доверии может говорить о злоупотреблении оказанным доверием и легкомысленном, недальновидном или циничном отношении к перспективам взаимодействия с данным партнером. Укрепление и поддержание доверия будут иметь место при высоком уровне соблюдения нравственных норм в ситуации доверия, как собственного, так и воспринимаемого. Человек, соблюдающий нравственные нормы, рассчитывает на взаимность в отношениях. Здесь действует золотое правило нравственности: поступай с другим так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой.

В ходе эмпирического исследования А. Б. Купрейченко и С. П. Табхаровой установлена связь доверия и недоверия с отношением к соблюдению нравственных норм делового поведения. Анализ взаимосвязей позволяет выделить следующие функции отношения к соблюдению нравственных норм делового поведения в отношениях доверия и недоверия: поддержание доверия, завоевание доверия, преодоление недоверия, защита от прогнозируемых субъектом негативных последствий взаимодействия, эксплуатация доверия и злоупотребление им и др. Выявлены различия в уровне отношения к соблюдению нравственных норм делового поведения при четырех векторах доверия и недоверия (собственное или воспринимаемое). При этом отношение к соблюдению нравственных норм больше дифференцируется в зависимости от вектора доверия, чем от вектора недоверия.

А. Б. Купрейченко отмечает, что на сегодняшний день неясно, что в большей степени определяет поступки личности – уровень собственного доверия/недоверия другому человеку или же уровень воспринимаемого доверия/недоверия со стороны партнера. Это направление исследований, включающее анализ таких специфических форм, как Я-доверие и Мне-доверие, Я-недоверие и Мне-недоверие, и их влияние на отношения между партнерами на сегодняшний день является одним из наиболее перспективных.

А. А. Черновой (2006) показано, что доверительные отношения подростков, взрослеющих в разных социальных условиях, различаются. Автором изучались три группы подростков. Первая группа – воспитывающиеся в полной семье; вторая группа – наличие отца и матери, но воспитывающиеся в детском доме начиная с раннего подросткового возраста; третья группа – подростки, воспитывающиеся в условиях детского дома с раннего возраста.

А. А. Черновой выделено пять эмпирических моделей доверительных отношений (табл. 6.1): дезадаптивная, неконгруэнтная,[37] псевдоадаптивная, конгруэнтная и неадекватная. Дезадаптивная модель доверительных отношений характеризуется низкими значениями по шкале доверия к себе и шкале доверия к другим. Процент соотношения респондентов с данной моделью больше у подростков из группы без семьи. Конгруэнтная модель доверительных отношений, при которой наблюдается оптимальная мера соотношения уровня доверия к себе и доверия к другим, преобладает у подростков из семьи. При неконгруэнтной модели доверительных отношений с элементами конфронтации доверие к себе превосходит доверие к другим. Данная модель присутствует у подростков из семьи и вне семьи. Особенностью псевдоадаптивной модели доверительных отношений является то, что доверие к себе уступает доверию к другим. Данная модель в большей мере выражена у подростков без семьи. Неадекватная модель доверительных отношений выделена на основании завышенных показателей по шкалам доверие к себе и доверия к другим. Наблюдается в большей степени среди подростков, воспитывающихся вне семьи, а также характерна и для подростков без семьи.

Таблица 6.1. Соотношение респондентов с разными моделями доверительных отношений в разных социальных условиях, процент случаев

С пятью моделями доверительных отношений соотносятся пять типов взросления: отчужденный (внутренне-напряженный), защитный, конформный, самодостаточный, противоречивый.