Это весьма точное описание истерического припадка, хорошо известного любому врачу-психиатру. И.П. Павлов раскрыл причины и механизм возникновения этой болезни, ранее считавшейся священной. Интересно, что в патологии до сих пор сохранилось старое название другой болезни, причины которой не менее изучены, чем причины, скажем, ишиаса или сухотки спинного мозга. Это болезнь хорея, или пляска святого Витта («хорея» — по-гречески и значит «пляска»). Проявляется она в подергиваниях, чрезмерных, некоординированных движениях и представляет собой одну из форм ревматизма. А раньше причины ее видели в божественном влиянии святого Витта.
Так незнание причин болезней рождало суеверия и укрепляло религию. А излечение от них считали возможным только с помощью молитвы.
В Верхних Пиренеях во Франции, у Массабьельского грота произошло событие, потрясшее верующих. В 1858 году 14-летняя дочь бедного мельника из близлежащего селения Лурда Бернадетта Субиру, собирая около грота валежник, увидела деву Марию. Эта галлюцинация возникала у нее 18 раз в течение нескольких месяцев. Слух «о явлении божьей матери» распространился не только во Франции, но и по всей Европе. К источнику начали стекаться больные, жаждущие исцеления.
И исцеления начались.
К источнику приезжало более полумиллиона человек ежегодно, и исцелено было так много, что была введена специальная их регистрация. Вокруг статуи девы Марии вывешивались гипсовые слепки исцеленных конечностей.
Исцелялись… Но об этом лучше сказать словами крупного французского психиатра того времени Шарко. В книге «Исцеляющая вера» в 90-х годах прошлого века он писал: «Я посетил почитаемую святыню на юге Франции… Я заметил гипсовые формы нижних конечностей молодой девушки лет двенадцати, пораженные кривоножьем. Эта форма точно воспроизводила хорошо известную форму истерических контрактур нижних конечностей». Короче говоря, исцелялись те заболевания, которые излечивались психотерапией, внушением.
Настроение толпы, ярко описанное Э. Золя, создало фон, способствующий проявлению во время общей молитвы внушения и самовнушения, излечивавших некоторые (но, конечно, далеко не все) болезни.
В романе «Лурд» у Золя есть замечательные слова, раскрывающие одну из особенностей религиозной психологии, ту сторону, которая дала основание К. Марксу назвать религию опиумом народа: «Если достаточно было сновидения больного ребенка, чтобы привлечь толпы людей, чтобы посыпались миллионы и вырос новый город, значит это сновидение хоть немного утоляло голод обездоленного человечества, его ненасытную жажду обмана и утешения! Найти прибежище в тайне, раз действительность так жестока, поверить в чудо, раз неумолимая природа так несправедлива!..»
И заканчивает роман Э. Золя словами о Бернадетте:
«Она не стала ни женщиной, ни супругой, ни матерью от того, что ей привиделась святая дева».
Все болезни, излечивавшиеся молитвами в Лурде, как и во многих других «святых местах», были так называемыми функциональными заболеваниями нервной системы. Теперь они излечиваются в клиниках и больницах психотерапией, и в частности гипнозом.
«…Глаза больной, еще лишенные всякого выражения, расширились, а бледное лицо исказилось, словно от невыносимой боли. Она ничего не говорила и, казалось, была в отчаянии. Но в ту минуту, как пронесли святые дары и она увидела сверкнувшую на солнце дароносицу, ее словно ослепило молнией. Глаза вспыхнули, в них появилась жизнь, и они загорелись, как звезды. Лицо оживилось, покрылось румянцем, осветилось радостной, здоровой улыбкой. Пьер увидел, как она сразу встала, выпрямилась в своей тележке…
…Она встала на ноги, сильная дрожь сотрясала ее девичье тело, словно в нем происходил могучий процесс возрождения. Сперва освободились от сковывавших их цепей ноги, потом она почувствовала, как в венах ее заструилась кровь, в ней зародилась женщина, супруга, мать, и наконец исчезла тяжесть, давившая ей на живот и подступавшая к горлу. Но на этот раз комок не застрял у нее в горле, она не почувствовала обычного удушья и радостно крикнула:
— Я исцелена!.. Я исцелена!..
Необыкновенное зрелище представилось тогда глазам всех. Одеяло упало к ногам Мари, ослепительно прекрасное лицо ее сияло торжеством. Она с таким опьянением закричала о своем исцелении, что всколыхнула всю толпу, она как будто выросла и стояла, радостная, сияющая, а толпа смотрела на нее, никого, кроме нее, не видя.
— Я исцелена, исцелена!
Сильное потрясение вызвало у Пьера слезы, и он заплакал. Вслед за ним разрыдались и остальные. Безудержный восторг овладел тысячами взволнованных паломников, давивших друг друга, чтобы увидеть исцеленную, оглашавших воздух криками, словами благодарности и восхваления. Раздалась буря аплодисментов, и гром их прокатился по всей долине.
Отец Фуркал потрясал руками, отец Массиас кричал что-то с кафедры; наконец его услышали:
— Бог посетил нас, дорогие братья, дорогие сестры…
И он запел Magnificat.
Тысячи голосов подхватили гимн…»
