Так Т. Семушкин, большой знаток Чукотки, описывает молитву шамана в книге «Алитет уходит в горы». Но эта картина характерна не только для чукотских шаманов.
— Надеюсь, что никто не заподозрит меня в пристрастии к шаманам, и я могу спокойно засвидетельствовать, что в моем присутствии экстаз шамана и таинственная обстановка, при которой метался и вопил исступленный избранник, приводили гиляков в такое состояние, что они галлюцинировали и видели все то, что видел в трансе и сам шаман, — писал известный этнограф Лев Яковлевич Штернберг в своей книге «Первобытная религия», изданной в 1936 году.
Слово «шаман» происходит от маньчжурского «симан» — исступленный. Шаманизм — вера в то, что особые люди обладают способностью сноситься с духами, приходя в состояние исступления, во время камлания, или, иначе говоря, шаманствования.
Элементы психологии шаманства есть во всех религиях. Так, в Библии говорится, что пророки, пророчествуя, раздевались догола (1 Царств, гл. 19, ст. 24); царь Давид скакал и веселился перед священным ковчегом (1 Парал., гл. 15, с г. 28, 29). Есть в Библии и такие слова: «И стали они кричать громким голосом, и кололи себя, по своему обыкновению, ножами и копьями, так что кровь лилась по ним» (3 Царств, гл. 18, ст. 28). Это — описание действия, которое, по сути, равняется шаманскому камланию. У мусульман шаманами являются так называемые вертящиеся дервиши. Шаманство проявляется также в религиозных процессиях шахсей-вахсей и тазии.
«Шаман начинает действие пением и стуком в бубен. Пение состоит из короткой музыкальной фразы, которая повторяется несколько десятков раз, потом заменяется другой. В тесном помещении пение и бубен производят оглушительное, одуряющее впечатление. Шаман пользуется бубном как резонатором и при помощи его старается отклонять волны звуков вправо и влево. Через несколько времени уже исчезает возможность ориентироваться в темноте, и кажется, будто голос шамана перемещается из угла в в угол, снизу вверх и обратно. Тогда начинается чревовещание…»
Так описывал шаманское камлание революционер и ученый В.Г. Богораз, изучавший шаманство на Колыме, куда его сослало царское правительство. О самих шаманах он пишет:
«В зрелом возрасте шаманы продолжают сохранять крайнюю степень нервной возбудимости, которая часто соединяется со злостью, строптивостью и буйством…»
Камлание шаманов имеет психологически общее с истерическими припадками, получившими в Колымском крае название мэнэрика, и с припадками кликуш, в дореволюционные годы очень частых в деревенских церквах.
— Несколько кликуш мне приходилось наблюдать во время припадка — они поразительно напомнили мне колымчанок в состоянии мэнэрика, — писал С.И. Мицкевич, изучавший эти явления в Колымском крае во время ссылки.
«Заимка не спала. Одни приезжали с тоней, расположенных за 10–15 верст от жилья, другие уезжали, третьи убирали снасти, женщины — рыбу и т. д. Уже было поздно, когда я решил уснуть, но не успел я сомкнуть глаз, как из соседнего близ стоявшего балагана раздались какие-то ужасающие звуки, от которых холод пробежал по всему моему телу. Они росли, увеличивались, они шли, так сказать, crescendo, усиливаясь в высоте и темпе до такой степени, что, казалось, у поющей вот-вот разорвется от них грудь…
Не в силах преодолеть своего страха, я бросился на голос, и глазам моим представилась потрясающая картина. На низких нарах сидела молодая женщина с распущенными по плечам и ниспадавшими в беспорядке на грудь длинными волосами и, придерживая руками голову, как маятник, быстро раскачивала все свое конвульсивно вздрагивающее тело то из стороны в сторону, то взад и вперед. Она была вся в поту, ее грудь ходила ходуном, глаза неестественно блуждали, сильно расширенные зрачки горели каким-то сухим блеском. Порой она отнимала руки от головы и с ожесточением рвала свою одежду, порой прекращала пение, но только для того, чтоб дико захохотать или разразиться истерическим плачем.
…Спустя несколько лет я настолько привык к описанному явлению, что отлично спал под пение и плач двух таких женщин, живших со мной в одной юрте. Тогда я понял, что можно притупить свои нервы до полного равнодушия даже к этому явлению, носящему среди колымчан-русских название шаманства, а среди якутов омеряченья».
Так А. Гедеонов в 1896 году описывал молитвы, переходящие в истерические припадки колымских шаманов. Он эти припадки называл «омеряченьем», другие — «эмиряченьем».
«— Это и есть их тазия? — спросила Кэтрин.
— Только начало, — ответил Мак-Грегор. — Уйдем отсюда.
— А что это вообще такое, Мак-Грегор?
— Нечто вроде мистерии.
— А кто у них за страстотерпца? — спросил Эссекс. — Уж не Магомет ли?
— Нет. В этой мистерии изображается мученичество Хуссейна и Али, шиитских святых.
— Первый раз слышу о таких, — сказал Эссекс.
— Хуссейн — традиционный герой шиитов, — объяснил Мак-Грегор. — Он был убит своим соперником Шамром.
— Долго они тянут эту канитель? — спросила Кэтрин. — Я видела мистерию в Обераммергау — конца не дождешься.
