Далеко не у всех испытуемых даже во время первых пребываний в невесомости возникали все указанные выше фазы рефлекторно-балансировочной дискоординации при ГП. Часто отмечались одна или две из них. После более продолжительной фазы петлевидных движений последующие фазы дискоординации были слабо выражены или отсутствовали. Напротив, в случаях выраженности фаз подъема и опускания руки фаза петлевидных движений, как правило, отсутствовала. Если для испытуемого было характерно слабовыраженное защитное эмоционально-двигательное реагирование в невесомости, то фаза петлевидных движений у него не возникала.
Дискоординация движений руки в фазе петлевидных (быстрых и ритмичных) движений осознавалась испытуемыми. Это, вероятно, и вызывало приостановку движения по горизонтали. Непрерывное, медленное отклонение руки от заданного уровня в фазах ее подъема и опускания не актуализировалось в сознании. Из отчета испытуемого П.: "В начале невесомости руку тянет вверх и не сразу удается поставить карандаш на тот уровень, где надо рисовать горизонтально расположенные кресты". По данным кинорегистрации, в первые две секунды невесомости испытуемый П. прервал рисование горизонтально размещаемых крестов и совершал рукой петлевидные движения с частотой приблизительно 3 Гц. Из отчета испытуемого Л.: "В невесомости чувствовал, что руку тянет вверх, но, несмотря на это, старался удержать ее горизонтальное движение на заданном уровне". По данным регистрации на протяжении первых 3 секунд невесомости испытуемый Л. рисовал ряд крестиков, поднимающихся вверх – вправо. С четвертой по десятую секунду режима невесомости его рука перемещалась вниз – направо. Таким образом, при невесомости в сознании актуализировались ритмические чередующиеся поднимания и опускания руки, т. е. петлевидные движения, тогда как продолжительные непрерывные поднимания, а затем опускания руки, как правило, не осознавались.
Рефлекторно-балансировочная дискоординация при "горизонтальном письме" была отмечена у лиц как с активным, так и с пассивным эмоционально-двигательным реагированием в невесомости, а также при его неизменности в этих условиях. При наличии выраженного активного эмоционально-двигательного реагирования дискоординация была более выражена (рис. 13 Б). Дискоординация при ГП с изменением силы тяжести возникала и у тех испытуемых, которые до этой пробы неоднократно находились в невесомости, адаптировались к ее действию и не замечали у себя никакой дискоординации движений в этих условиях. Следует особо указать на роль зрительной афферентации в формировании дискоординации движений при гравитационном стрессе. Тонические ("лифтные") рефлексы, направленные на поднимание руки при падении (опускании), подкрепляются визуальной информацией о сдвигающейся (проносящейся) вверх относительно субъекта оптической среде. При опускании (падении) человека в закрытой кабине зрительная информация о стабильности оптической среды противоречит гравирецепторным сигналам о падении и препятствует возникновению "лифтных" рефлексов. Более того, при слабости или редуцированности указанных гравирецепторных сигналов визуализация стабильной оптической среды может способствовать опусканию руки вследствие возникновения в такой ситуации иллюзорного чувства "подъема вверх" относительно окружающей среды. Таким образом, при доминировании концептуальной модели "опускание субъекта относительно окружающей среды" зрительная и гравирецепторная афферентация синергично способствуют подниманию рук. При доминировании концептуальной модели "опускание окружающей среды относительно субъекта" эти информационные потоки конфронтируют: преобладание того или другого определяет направление движения рук в невесомости.