Сделав резкий пасс руками, он пустил алебарду прямо в Лютена, собираясь раз и навсегда прикончить своего врага.
Но Лютен… перехватил оружие своей силой телекинеза, остановив лезвие у себя прямо перед носом!
– Нет… нет…
– Сам напросился. Хороший художник всегда знает, когда пора остановиться.
И алебарда сменила курс. Теперь оружие Хиро летело прямо в него. Хиро собирался рвануться с места, но… заметил, что его ноги уже сковал лед.
– Знаешь, что будет дальше?
На лице Хиро застыл ужас.
Алебарда проткнула тело Хиро и пригвоздила его к деревянному ящику раньше, чем тот успел понять, что должно случиться.
– Еще один готов!
Тем временем Морис в очередной раз обрушил свою атаку на Сотиса, но на этот раз это был не двойник, а уже настоящий Сотис.
Сабля Мориса и парные мечи Сотиса скрестились – зазвенела сталь.
– Это, правда, ты? – Мориса смотрел прямо в глаза своему врагу.
Сотис ответил:
– Да. Это, правда, я.
Двое начали свое сражение на мечах. Отныне Морис не решался использовать свою способность, полагаясь только свой талант владения саблей.
Морис вел Сотиса к самому краю борта, продавливая его своими атаками. Сотису оставалось лишь пятиться назад.
Морис, почувствовав свое превосходство, приложил больше силы и принялся размахивать саблей с еще большей силой.
Два удара Сотис отразил, но третий…
С третьим ударом обезоружил оппонента и повалил на спину.
Морис возвышался над лежачим противником и прижимал лезвие сабли к шее Сотиса.
– Так я и думал, – произнес он, – в честном поединке тебе никогда не победить.
А потом… Морис неожиданно замер.
Из его живота показался окровавленный конец меча.
Медленно повернув голову назад, Морис увидел… Сотиса.
– Двойник… или настоящий?.. – задал Морис вопрос со ртом, набитым густой кровью.
– А я и не собирался сражаться честно, – ответил Сотис, проткнувший Мориса.
– Прости, но ответа на свой вопрос тебе уже не получить, – добавил Сотис, лежащий на спине.
Морис застыл на мгновение, а потом упал на палубу, истекая кровью. Его широко открытые глаза смотрели куда-то в небо.
Сотис встал на ноги и заставил своего двойника, спавшего ему жизнь, исчезнуть.
– Ах! Хитрый я малый! – похвалил он себя.
Тут же к нему подбежал Лютен.
– Сотис, ты как?
– Раз труп Мориса лежит у нас в ногах, значит, все не так плохо!
Обведя взглядом палубу, Сотис заметил труп Хиро, проткнутого алебардой.
– Я вижу, у тебя тоже все путем…
– Смотрите сюда, или он сейчас сдохнет!
Этот голос раздался слишком неожиданно.
Сотис и Лютен обернулись на источник голоса и увидели такую картину: впереди стоял безоружный мистер Стэндиш, а Эол стоял у того за спиной и обнимал главу Перламутровой Гвардии руками.
По обнаженной коже Эола струились рыжие искорки.
– Уходите с корабля или мои объятия с вашим другом будут очень жаркими, – добавил Эол.
Сотис и Лютен с ужасом поняли: что бы они ни делали, они не успеют спасти Стэндиша.
– Никогда бы не подумал, что будет так приятно обнимать главу Перламутровой Гвардии…
– Сотис! Лютен! Прихлопните этого больного ублюдка и остановите Гальдемара! – бросил Стэндиш.
Эол мигом зажал шею Стэндиша в локтевом сгибе, не давая ему говорить.
– Лучше тебе помолчать, дедуля. Твоя песенка уже спета. Вы! Прочь с корабля или старик сгорит!
Сотис и Лютен напряженно переглянулись. Ни один, ни второй не представляли, что им делать.
– И я говорю сразу, Лютен! Тебе не удастся успеть потушить огонь! Проваливайте оба! Я знаю, что Перламутровая Гвардия слишком ценна для «Скитальцев» и города… это ваш верный союзник, которого бы вы не хотели потерять. Когнитивный Департамент пал. «Голоса» не оправдали свою силу. В одиночку вам не выстоять против «Последнего синдрома». Уходите сейчас, если хотите получить еще один шанс на победу. Это хорошая сделка, не так ли?
Поразмыслив, Сотис ответил:
– У меня есть предложение получше.
И за спиной Эола возник двойник Сотиса, прижавший дуло револьвера к затылку психомародера.
– Вот как вы решили?.. Считаете, что моя смерть приоритетнее его жизни? Ах… плохой выбор…
– Сотис… – сорвалось с губ Стэндиша.
А потом две вещи случились одновременно.
Первая – выстрел двойника Сотиса.
Вторая – возгорание всего тела Эола.
И раздался жуткий вопль Стэндиша…
– Лютен! – дал команду Сотис.
Лютен пустил из рук холодный пар в надежде потушить пламя, охватившее Стэндиша.
Но возгорание оказалось слишком сильным…
– О, нет…
Лютен перестал тушить огонь.
Сотис увидел на палубе два мертвых тела: Эол с дырой в голове и обугленный труп мистера Стэндиша.
– Он… мертв… – Лютен сказал это с дрожью в голосе.
Сотис упал на колени и издал дикий рык.
Осознание того, что Перламутровая Гвардия и ее лидер пали, пробудили в нем немыслимую ярость.
– Сотис, ты же знал, что ничего не выйдет…
Сотис издал повторный рык и упал на колени.
– Что ты задумал?
Сначала он не отвечал.
А потом Сотис встал на ноги и направился в сторону левого борта.
– Что ты хочешь? – бросил Лютен.
Сотис процедил в ответ:
– Я уничтожу Хейса и выжгу все «Адское Безумие» дотла.
– Ох, черт…
Впереди виднелись очертания Сонной Гавани.
