Печатается по автографу, находящемуся у Ю. Л. Оболенской (Москва). Впервые опубликовано (факс.) в «Биржевых ведомостях» 1908, № 10673 от 26 августа (утр. вып.). Датируется на основании письма Л. Е. Оболенского от 15 октября 1886 г., на которое отвечает Толстой. Л. Е. Оболенский писал: «Очень бы хотелось знать Ваше мнение о моих статьях. В последней статье я на Вас нападаю. Простите меня. Я высказал то, что думал, что передумал и перечувствовал в течение многих лет. Дай бог, чтобы моя статья не восстановила Вас против меня. Это было бы для меня величайшим горем, ибо никого я в жизни не любил и не люблю, как Вас» (АТБ).
1
2 Это письмо Л. Е. Оболенского без даты. В нем читаем: «Очень большое горе постигло меня и хочется мне им поделиться с Вами, чтобы Вы мне хотя словечко сказали и даже не мне лично, а той, которая страдает в тысячу раз больше меня — моей жене. Сейчас я получил от нее телеграмму, что умерла наша шестилетняя девочка, лучший мой друг и утешительница, которую мы любили больше жизни своей. На днях только отпустил ее и старшего сына с их матерью, моей женой, к бабушке, в Костромскую губернию, и через несколько дней получил телеграмму, что она опасно заболела, а сегодня утром получил телеграмму, что умерла от крупа в страшнейших мучениях» (АТБ).
3 Л. Е. Оболенский в «Русском богатстве» за 1886 г. поместил ряд статей, так или иначе связанных с идеями Толстого: в № 1 — «Научные основания учения любви», в № 4 — «Лев Толстой о женском вопросе, искусстве и науке. По поводу статей г. Скабичевского»; в № 5 — «К вопросу о насилии» и «Лев Толстой и О. Конт о науке» (ответ Скабичевскому); в № 8 — «Русская мыслебоязнь и критики Л. Толстого»; в № 10 — «Мораль и социальные взгляды Л. Толстого».
4 См. прим. 3 к письму № 538.
5 Толстой вероятно разумеет статью Л. Е. Оболенского: «Лев Толстой о женском вопросе, искусстве и науке». О ней же Толстой писал В. Г. Черткову: «Оболенский хорошо защитил меня, но как видно, что курсы и царствующая наука есть святыня для верующих» (из письма Толстого к В. Г. Черткову от 18 апреля 1886 г. AЧ).
6
7 Л. Е. Оболенский, сообщая Толстому о том, что его статьи повлекли за собой его разрыв с либералами, между прочим писал: «Горько, что и «Посредник», кажется, на меня. Это мне особенно больно» (из письма Л. Е. Оболенского к Толстому от 15 октября 1886 г. АТБ).
Какъ вы живете, дорогой Николай Николаевичъ? Что ваша книга?1 Видно еще не кончилась печатаньемъ; иначе бы вы прислали. Тепло ли вамъ, независимо отъ одѣяла, на душѣ? Благодарю васъ за письма ко мнѣ. Вы угадали въ одномъ изъ писемъ, что болѣзнь мнѣ даетъ многое.2 Она, мнѣ кажется, мнѣ дала многое новое. Я много передумалъ и перечувствовалъ. Теперь все еще примѣриваюсь къ работѣ и все еще не могу сказать, чтобы напалъ на такую, какую мнѣ нужно для спокойствія — такую, чтобы поглотила меня всего. — Если нужно то Богъ дастъ. Благодарю за свѣдѣнія о книгахъ.3 Теперь мнѣ не нужно еще. Если бы попались вамъ Веаl’а Лалитавистара4 и Bouddha SТ. Hillaire,5 кажется, то купите на мой счетъ. Какъ всегда книги кажутся нужными, когда ихъ нѣтъ, и безполезными, когда они есть. Николай Николаевичъ, помогите предпріятію Посредника изданію научныхъ книгъ.6 Вы можете помочь и непосредственно и посредственно, возбуждая къ работѣ вашихъ знакомыхъ. Какъ мнѣ жаль, что нельзя поговорить съ вами объ этомъ. — Мнѣ представляется желательнымъ и возможнымъ (отнюдь не легкимъ и даже очень труднымъ) составленіе книгъ, излагающихъ основы наукъ въ доступной только грамотному человѣку формѣ — учебниковъ, такъ сказать, для самообученія самыхъ даровитыхъ и склонныхъ къ известному роду знаній, людей изъ народа; такихъ книгъ, которыя бы вызвали потребность мышленій по известному предмету и дальнѣйшаго изученія. Такими мнѣ представляются возможными — ариѳметика, алгебра, геометрія, химія, физика. — Мнѣ представляется, что изложеніе должно быть самое строгое и серьезное. — Не выражу всего, чтò думаю объ этомъ теперь, но радъ бы былъ вызвать ваше мнѣніе. Здоровье мое очень хорошо. Иногда думаю: что если бы жизнь моя не имѣла другого смысла, кромѣ моей жизни и удовольствій отъ нея — выздоровленіе было бы еще ужаснѣе, чѣмъ смерть. У казненнаго уже была петля на шеѣ, онъ совсѣмъ приготовился, и вдругъ петлю сняли, но не затѣмъ, чтобы простить, а чтобы казнить какой то другой казнью. При Христовой же вѣрѣ въ то, что жизнь не во мнѣ, а въ служеніи Богу и ближнему, отсрочка эта самая радостная жизнь какая была, такъ и остается, а радость служенія закону міра — Богу — въ моей теперешней формѣ увеличивается. Прощайте, дорогой Николай Николаевичъ. Пишите, когда вздумается.
Вашъ Л. Т.
Печатается по копии, хранящейся в AЧ. Впервые опубликовано в Б, II изд. 3, стр. 624—625; III, изд. 2, стр. 53 (отр.). Дата копии.
Толстой отвечает на письма Н. Н. Страхова от 22 августа и 23 сентября 1886 г. (см. ПС, №№ 196 и 197).
