ПСС. Том 63. Письма, 1880-1886 полностью

Сейчасъ получилъ ваше письмо, Л[еонидъ] Е[горовичъ]. Вы прекрасно поставили вопросъ и даете очень важныя и вѣрныя, по моему, указанія. Поддержаніе и размноженіе жизни не можетъ быть цѣлью жизни — это несомнѣнно.¹ Но тутъ-то и являются двѣ разныя точки зрѣнія: одна та, что знаніе въ человѣкѣ, въ человѣчествѣ— наука руководить жизнью и что потому цѣлъ жизни, руководимой знаніемъ, должна быть извѣстна этому знанію, и другая: что человѣкъ есть² орудіе разума для совершенія его (разума), неизвѣстнаго вполнѣ человѣку, дѣла, и цѣлъ его, разума, не можетъ быть извѣстна, a извѣстенъ человѣку только путь, направленіе,³ по к[оторому] ведетъ его, живущій въ человѣкѣ, разумъ. (Христосъ все это сказалъ и я не перестаю удивляться⁴ строгости, точности его философскихъ опредѣленій). И въ самомъ дѣлѣ, развѣ можетъ быть цѣлъ для жизни міра и жизни людей (когда они сливаютъ свою жизнь съ жизнью міра). Понятіе цѣль есть понятіе ограниченности человѣческаго разума, въ родѣ понятій награды и наказанія и потому понятіе не приложимое къ жизни міра. Если есть цѣль, то она должна быть достигнута и тогда конецъ. Для міра вообще есть только жизнь, для участниковъ въ жизни міра есть и можетъ быть только направленіе, путь. Кромѣ того: При первой точкѣ зрѣнія предполагается, что вся дѣятельность человѣка состоитъ или, по крайней мѣрѣ, руководима знаніемъ и что для достиженія цѣли необходима преимущественно (исключительно, думаютъ часто) деятельность умственная. При второй же точкѣ зрѣнія человѣкъ, зная только направленіе, идетъ зато по этому направленію весь съ своими и нервами, и мускулами, и ногтями, т. е. весь подчиняется тому направленію, к[оторое] одно онъ знаетъ и съ каждымъ шагомъ видитъ новыя вѣхи на пути, но никогда не видитъ и не ищетъ видѣть цѣли. И только при этомъ условіи человѣкъ можетъ вѣрить вполнѣ тому направленію, по к[оторому] онъ идетъ и исполнять то, чтò требуетъ отъ него разумъ. Только ставъ въ условія поддержанія и размноженія жизни, согласныя съ разумомъ, только съ начала пути и всѣмъ существомъ избравъ единственное истинное направленіе, путь, онъ можетъ съ полной увѣренностью идти дальше и сознавать себя въ согласіи и единеніи съ разумомъ. Чѣмъ ближе эти условія, тѣмъ вѣрнѣе, чѣмъ дальше, тѣмъ сомнительнѣе. Все это я говорю, однако, не съ тѣмъ, чтобы ослабить важность вашего положенія о томъ, что жизнь не можетъ состоять въ поддерж[аніи] и размноженіи ея, и чтобы уклониться отъ глубокаго и важнаго вашего вопроса.

По слабости своей, по неполнотѣ подчиненія своей всей жизни разуму, я ставлю и ставилъ себѣ этотъ вопросъ и старался отвѣчать на него. Если бы я вполнѣ слился съ жизнью разума, вполнѣ жилъ въ согласіи съ закономъ міра, я бы и не подумалъ объ этомъ. Но долженъ сказать, что не приписывалъ имъ важности. Это мечтанія, к[оторыя] волей неволей приходятъ въ голову. Мнѣ представлялось такъ: Законъ жизни органической есть борьба, законъ жизни разумной, сознательной есть единеніе, любовь. На жизни органич[еской] — жизни борьбы рождается жизнь разумная и связана съ ней. Цѣль очевидная: уничтожить борьбу и внести единеніе, гдѣ былъ раздоръ. Сначала между людьми, потомъ между людьми и животными, потомъ между животными и растеніями. Цѣль давно уже такая поставлена. Еврейскій Мессія есть ничто иное. Чтобъ перековать копья на орала и чтобъ ягненокъ лежалъ со львомъ. Вотъ цѣль подобная этой мерещится мнѣ, но я не дорожу ею, знаю, что она далеко не исчерпываетъ всего. Мнѣ дорога только вѣрность направленія пути. А для вѣрности пути я знаю, что первое условіе то, чтобъ идти по немъ⁵ всѣмъ существомъ. Какъ чудесно вы поставили вопросъ. И какъ ясно изъ самаго вопроса различіе поверхностнаго частнаго знанія (науки) и ея метода и предмета съ знаніемъ основнымъ, общимъ (религіей) и ея метода и предмета. Вы сдѣлали что? Вы хотите методомъ научнымъ разрѣшить вопросъ — предметъ, подлежащій только религіозному (подъ словомъ религіозное не слѣдуетъ разумѣть неясное, неточное, какъ мы привыкли думать, слѣдуетъ разумѣть самое ясное и несомнѣнное знаніе, вытекающее не изъ однаго разсужденія, но изъ разсужденія и всего сознанія человѣка)⁶ знанію. Цѣль жизни? Такой цѣли нѣтъ и не можетъ быть⁷ и никакія знанія не могутъ найти ее. Законъ направленія, путь жизни? Да. На это отвѣчаетъ религія, мудрость, если хотите. Отвѣчаетъ тѣмъ, что показываетъ ложность всѣхъ тѣхъ путей, к[оторые] не совпадаютъ съ однимъ истиннымъ. Отрицаніемъ ложныхъ⁸ направленій она указываетъ и освящаетъ единый истинный. На этомъ пути кое что видно, есть ближайшія цѣли, к[оторыя] укажетъ наука, но никакъ⁹ не она покажетъ этотъ путь. Она не можетъ по своимъ задачамъ.

Очень вамъ благодаренъ за это письмо. Я все больше и больше люблю и уважаю васъ. — Свое письмо писалъ, какъ попало, для васъ. А вы вѣрно поймете, чтò я хотѣлъ сказать. Какъ ни нескладно.

Письма вашего кромѣ того, съ к[отораго] вы посылаете копiю, не получалъ. И очень жалѣю.