ПСС. Том 64. Письма, 1887-1889 полностью

У меня есть прекрасная статья о Гоголе под заглавием: Гоголь, как учитель жизни, выставляющая с поразительной ясностью и силой высоту христианско-нравственную жизни и смерти и писаний Гоголя. Статья идет в разрез со всем тем, что в продолжение вот уже скоро 50 лет лжется в нашей литературе о Гоголе; но выставляет всё это так, что спорить нельзя, а можно только устыдиться. Я дал мысль об этой статье ее автору для составления народной (в самом широком смысле) книжки о Гоголе, и автор исполнил эту мысль сверх моего ожидания превосходно. Хотите ли вы напечатать эту статью? Скоро ли можно ее напечатать, если она вам понравится? Какой гонорар вы определите автору, самому бескорыстному человеку, но живущему только своим трудом? Вот вопросы, на которые очень прошу вас ответить.¹

Уважающий вас Л. Толстой.

Да, забыл, — если статья вам понравится, то после какого времени, после ее появления в журнале, вам не помешает ее напечатание отдельно? Хочется мне написать хорошенькое предисловие к этой статье, но не знаю, удастся ли, и потому не обещаю и буду просить вашего мнения — независимо от этого.

Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 244. Датируется на основании упоминания о намерении написать предисловие к статье А. И. Орлова о Гоголе (см. письмо № 181).

Федор Николаевич Берг (1839—1909) — поэт, переводчик и беллетрист, в 1880-х гг. издатель журнала «Нива»; в 1905—1906 гг. участник многих монархических организаций.

¹ Статья А. И. Орлова «Гоголь, как учитель жизни» в журнале «Нива» напечатана не была. Появилась в 1888 г. в изд. «Посредник».

1888 г. Январь? Москва.

Михаил Михайлович!

Я долгим и тяжелым опытом пришел к убеждению, что аргументировать с людьми, которые не видят того, чего они не могут видеть, — бесполезно, потому что такие люди руководимы в своих рассуждениях не исканием правды, а защитой своего положения, своего прошедшего и настоящего. Аргументировать с такими людьми всё равно, что доказывать строителю, который, поставив дом, в котором он полагает всю свою гордость и жизнь, и найдя, что углы его дома не прямые, не хочет знать и видеть того, что прямой угол есть ¹/₂ углов по одну сторону прямой.

Ему нужно, чтобы тот угол, который он построил, считая прямым, был бы прямой, и потому он, умный, серьезный человек, не хочет и не может понять свойств прямого угла. То же и с теми возражениями, которые я слышу постоянно против такой же несомненной и очевидной нравственной истины непротивления злу насилием, с двух враждебных друг другу сторон: правительственной консервативной и революционной.

Одна сторона начала строить тупой угол, другая по этому самому стала строить острый. Обе стороны негодуют друг на друга, а еще более на угольник, который показывает им, что обе неправы. Вы защищаете против очевидности и самих себя тот угол, который вы завели и который не сходится с прямым, кот[орый] вы очень хорошо знаете. И потому я не стану доказывать вам того, что вы знаете так же, как и я; но только попрошу вас на время усумниться в том, что всё, что вы делали, было то самое, что должно было делать, и что то самое, что вы намерены делать, есть то, что должно быть, и с этой отвлеченной точки взглянуть хоть бы на доводы вашего письма и ясную, прямую цель их.

Доводы ваши сводятся к тому, что человек, во имя любви к людям, может и должен убивать людей, потому что есть какие-то для меня таинственные или самые непонятные рассуждения, во имя которых люди всегда и убивали друг друга; те самые, по которым Каиафа нашел, что выгоднее убить одного Христа, чем погубить целый народ. Цель же всех доводов есть оправдание убийства. Вы даже как будто негодуете на то, что есть люди, утверждающие, что никогда не надо убивать, точно также как я встречал негодующих на людей, которые утверждают, что жен и детей не надобно бить.