Следующие два дня были заполнены делами и пролетели совершенно незаметно. В какой-то момент Шеннону показалось, что все участники переговоров удовлетворены: доктор Окойе, его советники, эмиссары КредитБанка и даже Мэд Сью. Он договорился принять на борт нескольких пассажиров сверх нормы, затребовав с них в пять раз больше заявленной цены за каждое дополнительное место. Это была просто астрономическая сумма для такого рейса. Шеннон специально приехал в аэропорт ранним утром, чтобы проводить рейс в Дуалу. Вылет был назначен в шесть утра, поскольку загруженная под завязку пассажирами "дакота" при ночном взлете экономила двести метров разбега.
- К полету готов, - прокричал Сью в динамик и включил стартер левого двигателя. Винт медленно повернулся. Когда пилот включил сцепление, он нехотя сделал второй оборот, потом раздался резкий хлопок, снова хлопок и винт, наконец, заработал. Правый двигатель Сью запустил минуя аккумуляторы, которым после двух дней на солнцепеке доверять было нельзя. Правый винт заработал почти мгновенно.
- Все на борт! От винта! - завопил Чанг, старясь перекрыть мерный стук всех двадцати восьми цилиндров самолёта. Сью убрал тормоза, дал газ и развернул самолет носом к морю и включил посадочные огни. Самолёт взял плавный разбег и легко оторвавшись от земли стал набирать высоту. На километровой высоте кабину залил яркий свет восходящего солнца, быстро ползшего по небу с правого борта самолёта. Мэд Сью включил автопилот, установив крейсерскую скорость, и взял курс на Дуалу. Время и океанская гладь медленно проплывали под крылом самолета . Гвинейский Залив - не самое худшее место для полетов: ветер здесь по большей части не очень силён, но время от времени без всякого предупреждения может разразиться настоящий шторм. Утром шестого августа океан был спокойным, его тяжёлые валы перекатывались в двух километрах под "дакотой". После того, как Чанг услышал сигналы радиокомпаса Санта-Исабель, Сью сообщил, что через час они приземлятся в Дуале, и чуть развернул самолёт к северо-востоку. Увидев береговую линию, Чанг связался с контрольной башней Международного аэропорта Дуалы и запросил посадку. Его уже ждали: сразу выделили полосу, сообщили скорость, направление ветра и уточнили окружающую обстановку. В десять часов двадцать минут "дакота" катилась по пыльной дорожке опаленного солнцем аэродрома.
- Нам нужно заправляться? - спросил Бенъард, когда убедился, что отсек покинули все пассажиры.
- Надо, - сказал Сью, ткнув пальцем в стрелку указателя топлива. - Эта заправка сэкономит мне деньги, а кроме того события могут принять такой оборот, что потом будет не до неё.
Бенъард согласно покачал головой и пошёл улаживать проблемы с администрацией аэропорта. Там долго изучали документы, а потом вежливо спросили есть ли на борту виски или жёлтой лихорадки. Камерунских таможенников вполне устроил отрицательный ответ, подкреплённый бутылкой джина и парой блоков хороших американских сигарет, специально припасённых Бенъардом для этого случая. Ни оржием, ни грузом они даже не поинтересовались. Чанг отправился в здание аэровокзала вместе с Бенъардом. Ему было поручено раздобыть съестное. Тем временем Сью следил за заправкой, поскольку хотел заполнить баки своего самолёта под завязку. Через полчаса все было закончено, и "дакота" была готова к полету. Самолёт стал выруливать на взлёт в метрах восьмистах от контрольной вышки и вдруг остановился. На запрос диспетчера Сью сообщил, что у него возникла проблема с хвостовым колесом. Поблизости от самолёта никого не было, на посадку никто не заходил, ни одна машина не маневрировала поблизости, поэтому руководитель полётов разрешил Сью выйти для осмотра. Эта немного странная остановка не заинтересовала диспетчера, который спешил освободить полосу. Пару минут Чанг делал вид что устраняет неисправность, но на самом деле он быстро размонтировал дополнительный топливный бак и достал оттуда какой-то длинный свёрток, обёрнутый в брезент и обмотанный бечёвкой. Как только азиат влез в самолёт и захлопнул люк, Сью отпустил тормоза и дал газ. Десять минут спустя двигатель работал на полную мощность, а самолет уже достиг высоты в триста метров, направляясь строго на север. Под ним быстро мелькали пригороды Дуалы. В кабине были отчётливо слышны негодующие голоса с пункта наблюдения за полетами. Они требовали объяснить, что происходит, почему "дакота" летит не по заявленному курсу. Сью в этот момент больше волновал радар на нигерийской авиабазе в Порт-Харкорте. Она была оснащена советским локатором раннего обнаружения целей, работавшем в десятисантиметровом диапазоне. Поставив самолёт на автопилот, Сью вооружился отвёрткой и плоскогубцами, и вышел в грузовой отсек. Откуда-то он достал коробку размером с большой словарь, с длинным проводом к устройству, включающему в себя трубу из легированной стали с ручкой, круглую шкалу в градусах с одной стороны, и небольшой квадратный металлический раструб - с другой.
- Я подключу этот аппарат, - пояснил он Бенъярду.
- Что это?
