У самого выходу, Шеннон остановился. На пышной клумбе лежала туземная девушка лет восемнадцати. Кожа на ней была местами ободрана, а из красновато-коричневого мяса торчали белые кости. Полчища муравьев ожесточенно пожирали спящую, которая еще дрожала и дергалась.
- Чего же вы не уберете ее? - спросил он священника.
- Нельзя. Она ещё жива. Ведь существуют правила, мсье. Официальные инструкции, клятва Гиппократа. Я здесь - инспектор, а - не хозяин, а. вся обслуга диспансера - заключённые. Они здесь отбывают свой срок. Вот и всё.
Люди и муравьи, небо и смрад, крысы и цветы. Шеннон хотел закурить и не смог: слишком дрожали пальцы...Он залез в кабину "унимога" и приказал ехать дальше. Они медленно въехали на перевал и остановились - дорога прошла через седловину перевала и резко пошла под уклон. Через двадцать миль она закончилась, упершись в гилеи.
- Возвращаемся на перевал, - приказал Шеннон. Машины поползли назад в горы. К закату они с трудом дошли до перевала. Здесь заночевали. Утром полковник осмотрел местность и понял, что здесь находится ключ к внутренним районам Зангаро: восемь -десять человек с пулемётами и снайперскими винтовками здесь легко могли остановить вдесятеро сильнейшего противника. Он связался с базой и сообщил:
- Я оставляю на перевале заставу. Отсюда будем еженедельно высылать патрульный взвод в Страну Винду. Подготовьте всё необходимое для проведения операции. Я возвращаюсь в Кларенс. "Унимоги" двинулись назад по знакомому пути. В Ханипе к колонне присоединился Мильтадес, а в Виндубрюкке - Дженсен. Поздно вечером Шеннон добрался до отеля и стал изучать бумаги Земмлера. Из них он понял, что эмиссары КредитБанка попытались его объегорить.
- Ну что же, господа, - произнес Кот вслух. - посмотрим, как это у Вас получиться!
Он попросил портье сообщить господину Маршану, что он готов с ним встретиться в любое время. Через десять минут ему сообщили, что указанная персона ожидает его в фойе.
Наёмник вышел в фойе и решил пригляделся к посетителю. Когда яркий дневной свет, проникавший через дверей отеля, переслал мешать, он смог разглядеть, что ожидающий его человек немного выше, шире в плечах и на несколько лет старше его. У гостя было удлиненное лицо с умеренным количеством бородавок, присущих большинству французов, крупный клювообразный нос и серые глаза. Он был почти лыс, но не пытался спрятать лысину под редкими седыми прядями, сохранившимися над ушами. Однотонный темно-серый костюм и светло-серая шляпа-борсалино были прекрасно сшиты и гармонично смотрелись на нём. Между тем у него не было загара, которым все обязательно обзаводились летом европейцы. Увидев Шеннона, человек бодро встал и протянул свою визитную карточку.
- Мсье Шеннон!
- Мистер Маршан! Очень рад, что Вы откликнулись на моё приглашение!
- Весьма польщён!
- Мне кажется у нас имеются общие сферы интересов!
- Безусловно, мсье. Поэтому я здесь. Предлагаю пообедать в моём номере! Я немедленно распоряжусь!
- Увы, мсье! Я только что пообедал, но почему бы нам не выпить в курительной комнате. Уверяю Вас, что нам никто не помешает.
- Что же, мне ничего не остаётся, как принять ваше предложение.
Гомез отдал Шеннону ключ от курительной комнаты и лично проводил их до неё. Фредди и Жорж быстро накрыли стол, выставив на его дюжину канапе, сельтерскую, виски и лёд. Когда Кот запер изнутри дверь, хозяин отеля повесил на неё табличку с просьбой не беспокоить, Шеннон решил играть в открытую:
- Я не знаю кто Вы и кого представляете, но я готов выслушать Ваши предложения, если они будут конкретны и взаимовыгодны!
Гость вытащил пачку сигарет особого сорта, с длинным картонным мундштуком. Закурил одну, вытащил ее изо рта, внимательно осмотрел и с легкой печалью в голосе произнёс:
- Мне нравится Ваша прямота, полковник. Что же, откровенность за откровенность. Я представляю интересы Аграта. Хочу сразу уточнить, не Габриеля Аграта, а всего клана. Они хотят вернуть имущество, восстановить своё влияние и власть в Зангаро. Это, во-первых. Я лично хочу заработать на посреднической миссии и вашем какао. Это, во-вторых. Ну, а остальное, остальное -неважно, поскольку не имеет материальной основы...
- Я смотрю, вы философ мсье! - в тон собеседнику отвечал Шеннон. - Что же, если так, то начнём со второго. Десять дней назад отсюда вышел корабль с тысячей тонн какао-бобов. Не хотите ли за наличные перекупить груз на его борту? Мы дадим хорошую скидку! Или Вы не готовы вести переговоры.
- Отнюдь. Я дам Вам хорошую цену.
- Сколько, по вашей оценке, стоит груз?
- Что же я его оцениваю в 587920 франков.
Глаза Шеннона округлились от удивления.
- Вы хотите знать почему я дал Вам цену с точностью до двадцати франков? Охотно объясню, если, конечно, Вы готовы выслушать короткую лекцию?
Шеннон утвердительно кивнул.
- Что ж, извольте! Всё очень просто: я знаю точный вес и качество груза "Тосканы", а также цену, за которую смогу продать груз в Амстердаме. Минусуем мои законные двадцать процентов и получим требуемую сумму.
- А почему двадцать процентов?
