- Господин советник, предлагаю пообедать у меня в резиденции. И не отказывайтесь: гостей будет не много: мы с Вами, мэр и префект. Я хотел ещё пригласить начальника гарнизона, но он срочно выехал на границу с Зангаро. Там обнаружили какой-то вооружённый отряд...
- Но ведь там непроходимые джунгли! - воскликнул Серегей.
- А ещё гориллы, крокодилы и племена каннибалов! - пошутил губернатор, направляясь к своей машине. Это был "бьюик" тёмно зелёного цвета. Сергей двинулся к машине, но вдруг замешкался: яркое солнце ослепило его, когда он ступил на тротуар. Нищий-слепец, сидевший у входа на стадион, поднял голову и запричитал:
- Пенни, масса..., пенни!
- Ничего ему не давайте! - по-русски произнёс секретарь. - Недавно в Гинкале умер один нищий. Оказалось, что он был богатейшим человеком!
- Вы бывали в СССР? - поинтересовался Голон, усаживаясь в бьюик.
- Да! И даже полгода учился русскому языку! Потом меня отозвали на родину...
Обед затянулся почти до вечера. ,Чтобы засветло добраться до базы, Сергею надо было немедленно выезжать. Был час "пик". Гинкалу заполнили гудки клаксонов, звонки велосипедов, громкая речь, смех, стук колёс, рев мулов и скрип телег. Люди набивались в жёлтые маленькие пузатые автобусы, напоминавшие пивные бочки. Все они с одержимостью буйно помешанных стремились домой. Сергей не рискнул соваться в эту кашу и поехал в местный госпиталь - дар Советского правительства. Она была построена совсем недавно: в её помещениях ещё стоял аромат стройки, который пока ещё не был перебит запахом лекарств. На фасаде главного корпуса рядом с флагом Боганы висело алое полотнище. Так местные власти подчёркивали своё уважение к помощи из Союза. На скамьях вокруг лечебницы сидели её посетители и выздоравливающие больные. Другие выглядывали из широко распахнутых окон. Несмотря на тридцатиградусную жару все они были одеты в новенькие байковые халаты с инвентарными номерами на самых видных местах. Все с интересом рассматривали посетителя, гадая что ему здесь надо. Советский врач, дежуривший в этот день, был взволнован посещением советника.
- Чем могу быть полезен, товарищ? - заискивающе спросил он. От него шёл лёгкий запах алкоголя.
- Спиртиком балуетесь, товарищ доктор? - шутливо произнёс Серегей и увидел, как наливается краской лицо собеседника.
- Что Вы, что Вы, товарищ советник, я только после операции...
- Врёт! - подумал Сергей и попросил. - Проводите меня в палату старшего лейтенанта эээ...
- Акимцева! - угодливо подсказал врач. - Сию минуту. Он уже может говорить.
Спеша за быстро шагающим доктором, Сергей уже наметил список вопросов, на которые хотел получить ответы. Их беседа затянулась, поскольку старший лейтенант почти ничего не знал об обстановке в Кларенсе накануне переворота. Зато об этом много знал кубинец, который весьма охотно обрисовал нравы и порядки, существовавшие при Кимбе. Акимцев выступил в роли переводчика. Капитан Рамон считал, что национализация иностранной собственности и денежная реформа, подсказанные Кимбе в советском посольстве, сильно ударила по интересам местной элиты, которая в массовом порядке сбежала за рубеж. Те же, кто остались вместе с президентом стали грабить страну. Когда их ловили за руку, то обвиняли в контрреволюционной деятельности и шпионаже.
- Вы имеете ввиду заговор Бобби?
- Да не было никакого заговора, обычное воровство! Полковник захотел прикарманил десять миллионов, не поделившись ни с кем из клана президента. Вот на него и настучали...
- Ну и нравы.
- Это что? Незадолго до этого был ещё один случай...
- Расскажите, капитан, это может быть поучительно для меня...
Голон вернулся на базу и сразу направился к коменданту. Лунёв ещё сидел в своем кабинете, что-то вычерчивая на карте. Свет настольной лампы высветил небольшие залысины и сеть морщин на лице майора. Было очевидно, что ему уже далеко за сорок.
- Наверное, ему недолго осталось до пенсии, - подумал Сергей и осторожно постучал.
- Входите!
- Здравствуйте, товарищ комендант. Не помешаю?
- А, товарищ советник, - насмешливо спросил майор. - С чем пожаловали?
- Скажите, Борис Николаевич, Вам что-нибудь известно о событиях на границе с Зангаро...
- Вам уже доложили? - удивлённо спросил майор. Его коротко остриженная светло-рыжая голова резко ушла в тень. - Что же знаю не много. Могу только сообщить, что это всё, что осталось от группы майора Спати Буассы.
- И много вышло?
- Всего двое, Сергей Александрович! Всего двое: сам майор и его ординарец.
- А где остальные?
- Видимо, на том свете, - меланхолично произнёс комендант.
- У меня к Вам ещё один вопрос?
- Внимательно слушаю, Сергей Александрович.
- Вам что-нибудь известно о наших кораблях в Гвинейском Заливе?
Майор сразу встрепенулся:
- Кто Вам это сказал? Подполковник Петров?
- Нет. Представьте себе, обе новости я узнал у местного губернатора.
