- Мой дед попал сюда почти сто лет тому назад. В то время в Стране Кайя белому было опасно жить, но он каким-то образом ухитрился поладить с бакайя и даже женился на дочери жреца. Как только сюда стали приходить торговые шхуны, он начал добывать раковины. Ему удалось увлечь часть местных жителей, и они зарабатывали неплохо, потому что тогда еще было много жемчуга. Турек быстро стал известен своими "месторождениями" перламутра. К концу жизни мой дед оказался здесь одним из самых богатых людей. Однако постепенно раковины стали попадаться все реже, и несколько лет спустя сокровища морского дна оказались исчерпанными. Количество раковин так сократилось, что к концу восьмидесятых годов нырять за ними стало уже невыгодно. Почему так получилось? Да потому, что дно покрылось толстым слоем ила и песка, нанесённых рекой. Тогда дед основал "кокаль" - плантацию кокосовых пальм и превратился в обыкновенного плантатора. Затем промчался опустошительный ураган. Берег был затоплен, а деревни смыты в океан. После этих катастроф от богатств деда ничего не осталось... Погиб дом, построенный из красного дерева и обставленный старинной мебелью, которую он купил в Париже. Но главное -- исчезли ящики с серебряными монетами и жемчугом, которые хранились в его кабинете. Мой отец начал всё сначала. Он построил обыкновенную хижину и стал, как все, ловить рыбу и заготовлять копру. Прошло несколько лет. Однажды, отец ловил рыбу и вдруг увидел на дне большие жемчужницы. Он нырнул - оказалось, что все дно покрыто камнями и обломками пальм, на которых поселились и отлично прижились тысячи моллюсков. Вскоре здесь началась новая пора расцвета. А отец призадумался. Кокосовые пальмы и камни, заброшенные циклоном в лагуну, образовали на дне твердый покров, благоприятный для роста моллюсков. Таким образом, все было в порядке, отец вновь разбогател, но его всё время мучил вопрос: сколько времени пройдет, пока древесина сгниет, а камни снова покроются илом? Ведь тогда кончится и вторая пора расцвета Турека. Местных это ничуть не заботило, но отец решил основательно изучить жемчужниц и дно лагуны, чтобы доискаться ответа. Мой отец умер перед самым началом второй мировой войны, а я продолжил исследования. Вас интересует результат? Пока еще все выглядит утешительно, однако поверьте мне -- через десять лет в лагуне не останется ни одной раковины. Но я нашел выход. Разумеется, невозможно очистить дно от ила и песка. А почему не последовать примеру самой природы? Ураганы усеяли дно стволами деревьев и камнями и таким образом преобразовали его. Если всем дружно взяться за дело, то не так уж трудно сделать новое дно, набросав в лагуну коралловых обломков. Достаточно каждому рыбаку или ныряльщику бросать на дно камень...
Угнетённый зноем городок появился в мареве около одиннадцати утра. Три автомашины въехали в ничего не подозревавший Ривьер. Вдоль заросшей бурьяном улицы выстроилось несколько десятков дощатых лачуг. На их железных крышах была ржавая сыпь. Некоторые из них представляли собой грязные развалюхи и не падали только благодаря подпоркам. Издалека они показались Шеннону веселыми красочными пятнами... Кругом валялись консервные банки, бумага, тряпки. "Виллис" остановился у мшистой каменной ограды, за которой двое малышей возились прямо в пыли вместе с черными поросятами. Чуть поодаль несколько мужчин и женщин обедали, усевшись вокруг большого деревянного блюда. На таком расстоянии Шеннон не мог различить, что они ели, -- кажется, смесь фруктов и мясных консервов. Руки едоков мелькали с удивительной быстротой, ныряя в общее блюдо. Тут же суетились две тощие, паршивые собачонки; им то и дело удавалось стащить с блюда лакомый кусочек. Рядом стояла кастрюля с водой, из который псы утоляли жажду. Одна из женщин споласкивала в кастрюле пальцы, и эту воду ее соседи пили...
Саранда их громко поприветствовал - они с неохотой ответили, изобразив на лице подобие улыбок. Один из едоков встал и махнул рукой, указывая расположение мэрии. Автомобили двинулись дальше и остановились у сверкающего свежей краской здания с вывеской "Резиданс". Под широким навесом террасы в мягких плетёных креслах сидели двое. Шеннон выскочил из джипа и направился к ним. Его примеру последовал Саранда. Сидевшие на террасе быстро вскочили со своих мест и выбежали навстречу.
Дородный негр лет пятидесяти, увидев белого офицера, низко поклонился и сложил на груди руки. На его лице была заискивающая улыбка. Он заговорил на сакайя:
- Я служу революции, господин офицер. Что угодно?
Шеннон это понял без перевода.
- Спроси, как его зовут? - попросил он Саранду.
- Пико, масса...
- Так вот, Пико. Мне нужна информация о нашем патруле. Они проехали на синем форде. Когда они были у Вас?
- Но мы ничего такого не сделали, только хорошенько угостили солдат революции! - залебезил мэр Ривьера. - Мой заместитель Жако это подтвердит.