- Это небольшое племя в ЮЗА. Точно не знаю, кто он. То ли готентот, то ли банту...
- Это хорошо, что африканец. А сколько у нас в распоряжении подразделений?
- Кроме штабных и тыловых подразделений, я могу вооружить три роты по сто человек каждая. В ротах - по четыре взвода. Если кто хочет ознакомится со структурой подразделений, то прошу...
- Полковние, я глубоко гражданский человек и не разбираютсь в военном деле, поэтому просто скажите сколькими солдатами располагает жандармерия на сегодня.
- Семьдесят три бойца, не считая президентской охраны и полиции. Месяц назад их было всего три десятка, не считая меня и пяти моих инструкторов.
- А как они размещены?
- Отряда в десять человек выдвиут к Виндубрюкке. Столько же находится в Туреке. По четыре-пять человек находится на постах в бомах и на северной границе. Остальные составляют гарнизон Кларенса. Я заканчиваю формирование мобильного отряда и интендантства.
- Спасибо, полковник, - мы тут мало смыслим в тактике. - Лучше расскажите нам, как обстоит дело с вооружением?
- Президентская охрана и гражданская полиция имеют штатное оружие. В жандармерии есть проблемы с качеством винтовок, не хватает средств связи и тяжёлого оружия, а также запасных частей. Вот список самого необходимого, - Шеннон потянулся к полевой сумке.
- Позже полковник! - прервал Шеннона Окойе. - У нас сейчас есть более важная тема - подготовка к выборам! Есть ещё какие-нибудь вопросы, замечания, комментарии...
- Я считаю, что полковнику Шеннону надо добровольно подать в отставку, - вдруг выпалил Морисон. Все присутствующие посмотрели на него с удивлением.
- Это почему же? - спросил Окойе, склонив голову набок.
- Он белый! У меня есть данные, что он покровительствует контрабандистам, а также связан с похищением трёх девушек из порта. Он распрадают национальное достояние Зангаро. К тому же на него жалуется Сэм Арвидсон, директор госпиталя ООН.
- Конечно, наличие советника-европейца в жандармерии может насторожить миссию ООН, но не забывайте, что на телеграфе, госпитале, порту и электростанциях у нас работают белые специалисты, - произнёс Синк. - Поэтому я не считаю цвет кожи нашего уважаемого полковника аргументом. Что касается остального, то это должна решить полиция и суд. Не думаю, что Ваши голословные обвинения кого-нибудь убедят. Представьте нам доказательства!
- Хорас, Вы поддержите меня! - закричал Морисон.
- Ни в коем разе, советник! У полиции пока нет никаких доказательств противоправной деятельности нашего уважаемого полковника! Одни только непроверенные слухи и домыслы...
- Что же, я так и думал,- подвёл итог дискуссии Окойе. - Морисон, Вам надо быть сдержанее, Вы то боретесь с церковниками, то хотите снять начальника жандармерии. Мы все. конечно, ценим Вашу энергию, но всё же старайтесь держать свои эмоции при себе.
- Как дела с расследованием, Хорас?
- Установлен поимённый список лиц, связанных с режимом, а также число репрессированных.
- Списки репрессированных передайте Морисону для обвинения, а нам расскажите о тех, кто попал в Ваши проскрибции.
- Не понял? Что? - переспросил Хорас.
- Ну списки сподвижников Кимбы...
- А! Этих. Их всего тысяча с лишним человек. Всех можно условно разделить на три группы. В первую входят функционеры режима, солдаты и офицеры. Их около сем сотен, включая меня и моих полицейских...
- И как же вы собираетесь проводить расследование по отношению к самому себе и своим подчинённым? - язвительно спросил Морисон.
- А, никак! Сами решайте, отдавать нас под суд или нет! - парировал Хорас.
- Морисон, Вы куда торопитесь? - осадил советника доктор Окойе. - Вам известно, что Совету Национального Спасения уже представлен список бывших сотрудников прежнего режима, подлежащих безусловной амнистии за оказаную помощь. Он насчитывает семдесят четыре фамилии, включая нашего комиссара, его сотрудников, а также нескольких офицеров, а также обслугу Президентского Дворца.
- Всё равно нельзя без разбирательства освобождать от ответственности! Чем мы тогда лучше Кимбы?
- Не горячитесь, советник! Это вынужденная исключительная мера! Продолжайте, комиссар.
- Второй список состоит из двухсот восмидесяти шести имён. Сюда внесены лица, получавшие материальные выгоды от сотрудничества с режимом Кимбы.
- Вы позволите мне с ним ознакомится, господин комиссар, - неожиданно спросил Шеннон таким тоном, что все присутствующие вздрогнули.
- Конечно, мсье полковник! - Хорас протянул листы, на которых в два столбика располагались фамилии. - У нас есть показания, что каждый из этого списка помогал Кимбе разворовывать достояние республики. Советники Морисон и Френч предлагают обложить их контрибуцией в пользу пострадавших.
-А я тут вижу много женских имён. Почему эти женщины внесены в список? Например, Марион Прэль или Ида Дерек?
- Да, какое они имеют отношение к режиму Кимбы?
- Позвольте, позвольте, - вступился за комиссара Морисон. - Все эти женщины были либо жёнами, либо любовницами Кимбы и его приспешников. Всего их сорок пять.
- И Прэль? - усмехнулся Шеннон.