Тогда появился еще один человек в их жизни. Этьен уже знал, что в город после годового отсутствия вернулся Макс. Друг детства Сэма.
Сэм ждал этой встречи с большим нетерпением и радостью и Этьен начинал ревновать.
В двадцать лет Макс носил короткую стрижку, лишь черный ежик густых волос. Он всегда был бледен, почти белый. С чистой кожей. И темные глаза, которые при первой же встрече в этом гараже задержались на Этьене намного дольше, чем того требовало первое знакомство. Точнее, альфа уставился на него и замер. Даже не мигал. Выглядел так, как будто сейчас упадет в обморок или, вообще, умрет на месте.
— Эй, — через какое-то огромное количество времени раздался веселый голос Сэма, — не пугай моего омегу. Что, понравился? — Сэм засмеялся и похлопал Макса по плечу.
Макс шевельнулся и отвел взгляд. Страх отступил.
— Не думал, что он такой маленький у тебя. — Пренебрежительно отозвался этот странный альфа.
— Мне уже пятнадцать. — Злобно прошипел Этьен.
Этьен, взяв бутылку с лимонадом и прикурив, выбрался через заднюю дверь гаража на просторный пустырь и пошел в сторону двух альф. Этьен был раздражен. Сэм попросил его подкатить четыре колеса к разобранной тачке, а сам вышел перекурить на пять минут. Но когда Этьен, уже мокрый от пота, закончил работу, альфа так и не вернулся. Поэтому Этьен пошел за ним. Время близилось все больше к ночи. Летнее небо окрасилось в красные закатные тона, а работы было еще много. Этьен хотел уже быстрее закончить со всем этим и получить свои деньги.
— Вы охренели? — спросил он, подходя ближе. Он не мог понять, чем Сэм и Макс тут занимаются. Сэм развалился на сухой траве и смеялся. Макс стоял рядом, спиной к Этьену и Сэму с вытянутой рукой.
Раздался грохот и Этьен подпрыгнул, залив лимонадом рубашку.
— Что за нахрен? — снова спросил он.
Макс и Сэм по очереди стреляли по банкам на этом безлюдном пустыре. Была очередь Макса. Он расставил несколько пивных банок на пеньки и вернулся к ним. Этьен присел на траву рядом с Сэмом, выпустил дым и затаил дыхание.
Макс выстрелил три раза подряд. Упали две банки.
— Мимо. — Равнодушно заметил Сэм.
— Вижу. — Макс перезарядил пистолет и прицелился еще раз. Третья банка полетела на землю.
— Ты нервный какой-то. — Сэм прижал Этьена ближе к себе и отобрал сигарету, затянулся.
— Это настоящий? — Этьен показал рукой на пистолет.
Сэм поднес сигарету к губам Этьена. Этьен затянулся, намеренно пройдясь губами и по пальцам альфы, вдохнул дым полной грудью и выпустил целое облако наружу. И только потом заметил, что Макс подошел ближе.
— Это “Глок”. — Ответил он. — Настоящий.
— Хочу пострелять! — тут же оживился Этьен. Это было бы классно. Это было круто. Этьен раньше стрелял только на уроках из воздушной винтовки, но не из такого оружия.
— Это тяжело, малыш. — Сэм прижал его еще сильнее к себе и устроил подбородок на плече Этьена. — Пошли лучше закончим с тачками.
— Не хочу.
— Потом как-нибудь постреляем.
— Я научу. — Встрял твердый голос Макса. — Патроны еще остались, а ты пока машинами займись.
Сэм не отказал Этьену в такой мелочи и быстро ушел в гараж. Они с Максом остались на этом пустыре одни.
— С ним тяжело обращаться, вряд ли получится сразу. — Предупредил Макс.
Они поставили банки. Руки Этьена обжог холодный корпус пистолета. Он мог держать его только двумя руками. Медленно поднял и ждал, что Макс скажет дальше.
— Вот так лучше. — Щеку обожгло дыхание Макса. Его руки скользнули по рукам Этьена, легли сверху, поправили положение ладоней и пальцев. Макс полностью завладел его телом. Сам прицелился и положил палец поверх пальца Этьена на курок.
— Вот так. — Тихо шепнул он. — Стреляй!
А через десяток дней они добились пересмотра, и Этьен на время перевел дух. Только он надеялся, что его отпустят хотя бы под залог, но оставили все как есть. Порадовало только одно — рожа беты-прокурора. Смит тоже радовался, но радовался мало и после заседания быстро договорился с конвоем о том, чтобы поговорить с Этьеном сразу же и наедине.
Этьену уже с утра было плоховато, да еще и день выдался нервным, так что его немного потряхивало. Казалось, что вообще простыл или подхватил какую-нибудь гадость в тесной и грязной камере.
Комната была чистой и светлой. Похожа на кабинет. С глубокими креслами и большим столом, шкафами с книгами и даже окном, закрытом белой кованой решеткой. Жалюзи были наполовину раскрыты, на подоконнике стоял горшок с цветком, и форточка была чуть приоткрыта. От этого в кабинете было свежо.
А самое главное, что в одном из кресел в напряженной позе и на самом краешке сидел Генри, которые увлеченно осматривал свои коленки, но тут же перевел взгляд на Этьена. Этьен стоял на месте, пока ему расстегивали руки, но и после этого не решился даже двинуться. Они только пялились друг на друга через всю комнату. Этьен соскучился. Очень. Он это только сейчас понял, когда увидел Генри.
Конвойный вышел, закрыв за собой дверь. Значит, Смит договорился все-таки. Генри привстал со своего места и Этьен медленно подошел к нему, обессилено повис на альфе, обнимая руками и закрывая глаза.
