Кристина одевалась ярко и вызывающе – открытые короткие платья, туфли на высоченном каблуке. Но Дамианос не обращал на нее внимания, что было странно – обычно ни одна красивая девушка не оставалась им незамеченной. А тут он просто игнорировал явно расположенную к нему красавицу. «Это потому, что между ними что-то было» – Анна с самого начала заподозрила, что для Кристины Деймон не просто друг, а чем дальше, тем больше девушка неприкрыто ревновала рокового грека к Анне, которой он доверял все больше информации и с которой проводил все больше времени и, как оказалось, передумал отдавать бразды правления Кристине. Кристину прямо-таки передергивало, когда за обедом «всей командой» Дамианос с Анной вдруг начинали обсуждать какую-то только им двоим понятную рабочую тему. Задать прямой вопрос Дамианосу Анна не решалась. Да и не хотела она лишний раз расстраиваться. Пребывая в неведении и лишь строя догадки, она все еще оставалась в своем понимании единственной и неповторимой для «своего Демона».
Очкарик Андрей, в противоположность Кристине, вел себя очень скромно, и не то чтобы не догадывался о новой расстановке сил в команде – он просто об этом не думал. Андрей был отличным специалистом в своей узкой области, и в ней предпочитал находиться, практически не интересуясь всем, что происходило вокруг. Тем более интриги его не занимали, скорее даже пугали. За обедом он все больше молчал, а когда заходил разговор о том, кто как провел выходные или что-то еще в таком духе «не опасное», он начинал рассказывать о том, какое кино посмотрел, проводя параллели с похожими фильмами других режиссеров. Разыгрывать кинокритика он любил, правда, среди нынешних коллег единомышленников не находилось, и тема быстро затухала, из диалога превращаясь в монолог Андрея.
Андрей был ровесником Анны, но она сразу же записала его в разряд «младших товарищей». Выглядел он действительно моложе своих лет, и одевался как-то безвкусно, и брюки почему-то всегда были ему коротковаты, также, как и рукава свитеров и рубашек, как будто он давно вырос из школьной одежды, а все продолжал ее донашивать. У Андрея была девушка, которую никто никогда не видел – фото он не показывал, может, потому, что никто и не спрашивал. Словом, Андрей был обычным парнем, который отлично справлялся со своими обязанностями, а потому полностью устраивал Дамианоса. «Босс» заваливал его работой, а Андрей блестяще выполнял, безропотно задерживаясь допоздна, никогда не жаловался и не спорил. У Дамианоса было еще две свободные вакансии, но он не спешил брать на них сотрудников – видимо, думал сначала окончательно расставить «фигуры» в имеющейся комбинации.
Двадцать девятого декабря команда Дамианоса закончила работать около девяти вечера. Все выдохлись, и даже сам Деймон, так что даже не позвал Анну вечером ужинать – пить кофе. Спустились вместе и он проводил ее до машины, что и раньше случалось, но не часто. Когда они подошли к машине, попросил у нее ключи, завел мотор и быстро отыскал в салоне щетку, которой принялся очищать окна и зеркала от снега.
Проведя целый день в офисе, они и не заметили, как снег за день засыпал весь город, превратив дерганый мегаполис в зимнюю сказку и наполнив воздух ожиданием волшебства Новогодней ночи. Анна стояла рядом и наблюдала за тем, как Деймон чистил ее машину, стоя в одном костюме и всем своим видом показывая, что ему ничуть не холодно. А новые снежинки все ложились и ложились на капот и таяли. Закончил, убрал щетку за передние сидения, открыл перед Анной дверь и помог сесть на заранее согретое предусмотрительно им включенным подогревом сидение. Закрыл за ней дверь, бросив на прощание «До завтра!». До этого стояли молча. «Спасибо, Деймон».
Несмотря на поздний час, Анна ехала дольше обычного – все уже ринулись за подарками, да еще и первый снег выпал под конец декабря, как всегда, неожиданно, и город встал в одну сплошную пробку. Сигналы сирен «Скорой помощи» и полиции и клаксоны тех, у кого сдали нервы, сливались в какой-то единый предпраздничный гул, который все нарастал и должен был бы достигнуть апогея, закончившись чем-то непременно хорошим – салютом, например.
Анна с детства обожала Новый год, и это ожидание чего-то чудесного, волшебного, которое в одночасье изменит весь мир и ее жизнь к лучшему буквально за одну, новогоднюю, ночь. Анна ощущала приятное предвкушение праздника, и наделяла этим ощущением все, что происходило вокруг – даже автомобильный коллапс.
Приехала домой немного уставшая, Роман уже лежал в кровати, досматривая сериал на планшете, так что даже не вышел к ней поздороваться. Анна, не разуваясь, заглянула в спальню и, не подходя к кровати, издалека бросила Роману «Привет».
– Привет, Анют, сейчас, я уже досматриваю.
– Ром, да без проблем, я все равно в ванную.
– Ты завтра на работу пойдешь? Или завтра вещи соберем?
– Пойду, Ром, так что я свои соберу сама сегодня, а ты свои можешь собрать завтра, когда я тебе не буду мешать.
