Отец Али часто работал дома. Игорь придумывал компьютерные игры, рекламные слоганы и редко находился в офисе. Девочка привыкла, что папа рядом. Она прошла в кабинет отца и замерла: комната была пуста. Совершенно. Ни компьютерного стола, ни самого компьютера, ни любимого мягкого дивана отца и замечательного кресла-качалки, которое он называл "думалкой", - ничего не было. В углу сиротливо стояла старая бамбуковая этажерка с ее книжками. Она любила приходить в его рабочую комнату и читать книги, сидя в кресле.
- Что случилось? - У Алины затряслись губы, на глаза навернулись слезы. - Папа жив?
- Господи, внученька, не плачь, он жив и здоров.
Хлопнула входная дверь. На пороге показалась стройная молодая женщина. Она схватила девочку в охапку.
- Алька! Вытянулась, загорела, похорошела. - Мать девочки, Мария, чмокнула дочь в щеку и обернулась к отцу. - Пап, я на минутку. Еле вырвалась с работы. Ты останешься до вечера или поедешь домой?
- Поеду, к вечеру на перевале обещали дождь, а у меня плохая резина.
- Жаль. А как там мама?
- Хорошо. А вот Алине вы зря не рассказали. Нехорошо поступили, как трусы, - рассердился Алексей Кириллович.
- Мама, что вы мне не сказали?
- Солнышко, я все объясню... потом... Ничего страшного не произошло. Ты разложи чистые вещи на полки в шкаф, а грязные закинь в стиральную машину. Обед разогреете. Ну, все, я побежала. Пока, папа. Маме привет. Доча, увидимся вечером. - Женщина суетилась и прятала глаза.
Аля, недоумевая, наблюдала, как мать старательно отводит от нее взор, красит губы, глядя в зеркало, висящее сбоку от вешалки. Мама выглядела и даже пахла по-другому. У нее была новая прическа, новая одежда. Даже на ее неискушенный взгляд наряд матери стоил очень дорого. Алина ростом и статью пошла в дедушку, а мама крохотная, изящная, как бабушка.
Закончив красить губы, она помахала им рукой и скрылась за дверью.
- Дедушка, - в голосе девочки явственно чувствовалась паника.
- Алечка, пусть мама сама тебе все расскажет, - Алексей Кириллович запнулся: лицо внучки стало бледным до синевы. - Черт бы побрал твоих родителей! Сами натворят и в кусты, а мне, что делать? Живы и здоровы они, только разбежались по разным углам.
- Как это? - растерялась Аля.
- Разошлись. Папа твой снимает где-то квартиру, а твоя мамочка, моя доченька бестолковая, снова замуж собралась, - сердито произнес Алексей Кириллович. - Только тебе не о чем беспокоиться: они тебя как любили, так и любят. - Давай-ка поставим чаек и спокойно поговорим.
Девочка, оглушенная новостью, поплелась на кухню и, как робот, уселась на табурет.
- То есть папа больше тут не живет?
- Да.
Дедушка брезгливо поморщился: везде лежал слой пыли. "Понятно, дочь тут не жила почти все лето".
Он взял тряпку и тщательно протер стол, сполоснул посуду. Закипел чайник. Мужчина разлил кипяток, опустил пакетики в кружки. Не найдя в холодильнике ничего съестного, разозлился: "Знала ведь, что привезу дочь, могла бы приготовить и навести порядок!"
Он покосился на бесцветное лицо внучки, и сердце его сжалось от боли.
- Внуча, ты посиди, а я сбегаю в магазин, возьму, что-нибудь покушать.
Девочка безучастно посмотрела на него.
Вернувшись через двадцать минут, он застал ее в той же позе.
- Алечка, отец больше не живет с вами, но ты когда захочешь увидеть его, позвони и он приедет. Погуляете в парке, побеседуете.
В душе у Альки образовалась огромная черная дыра, она все разрасталась и разрасталась. Стало больно дышать.
- Он и так редко находил для меня время, а ты говоришь, приедет... погуляет... Его больше не будет с нами, а чужой дядька будет тут шляться. - Девочка заплакала злыми слезами. - Не хочу их никого видеть. Можно, я с тобой уеду?
- Я бы с удовольствием взял тебя, но мама не позволит. Не переживай ты так. Потерпи немного и станет легче.
- Не станет! - рассердилась Алька. - Они отправили меня к вам и слова не сказали. Им все равно, что я чувствую. Только о себе и думают!
Алексей Кириллович присел рядом, обнял внучку.
- А ты не будь эгоисткой, прости непутевых родителей. Они никуда не делись, остались твоими папой и мамой.
- Забери меня к себе, дедушка! - снова попросила девочка.
- Алечка, не надрывай мне сердце. Побудь немного с мамой, но если тебе будет плохо, заберу, - пообещал он.
- Хочу сейчас!
- Так не пойдет, тебе нужно побеседовать с матерью, увидеть отца. Внуча, будь умницей. Обещай, что никуда не убежишь. Мне необходимо вернуться в Кишуг до дождя. - У мужчины болело сердце за внучку. В душе он ругал и свою дочь, и бывшего зятя, и себя за то, что не подготовил девочку к переменам в жизни.
Аля молча проводила деда к двери, буркнула: "До свидания".
Потом обошла квартиру, попутно отмечая отсутствие вещей отца. В ее груди образовалось огромное пустое пространство.
Девочка разложила свои вещи на полки в шкафу. Постояла в родительской спальне, глядя на большую кровать, и вышла на балкон. Она не заметила, сколько прошло времени до прихода матери.
Женщина открыла дверь на балкон.
- Ты меня напугала. Пойдем ужинать, я купила твою любимую пиццу.
Аля угрюмо взглянула на мать.
- Спасибо, я уже поела.
