- Понятно. Дедушка рассказал, ну кто его просил... - разозлилась Мария.
- Я.
- И что ты думаешь?
- Ничего. Я хочу жить у дедушки и бабушки, - тихо произнесла Аля. Это прозвучало так спокойно и обдуманно, что мать не решилась возразить.
- Хорошо. Только давай договоримся, ты окончишь здесь в городе седьмой класс. Дальше можешь учиться в Кишуге и жить у дедушки. - Женщина рассудила лучше с дочерью сейчас не спорить, а за девять месяцем много может измениться.
***
Аля оказалась права: сначала она видела отца каждые выходные, потом раз в две недели, а весной уже раз в месяц. Он нашел новую работу и окунулся в нее с головой, на дочь времени не оставалось. Девочка тяжело переживала развод родителей, стала дерзить и хуже учиться. В ноябре ее мама вышла замуж второй раз, но новый супруг матери в их квартире не появился.
Алина совершенно случайно из беседы мамы и ее лучшей подруги узнала: мужчина хочет, чтобы они переехали к нему. Олег Николаевич оказался маминым начальником и жил в большом особняке на центральной улице города.
Дня через три после подслушанного Алей разговора, мама сказала:
- Доченька, как ты смотришь на то, чтобы переехать к Олегу Николаевичу? Тебе понравится у него. Дом огромный, красивый, есть бассейн с подогревом и чудесная детская комната. А учиться ты будешь в новой школе, рядом с домом. Очень удобно.
- Мама, зачем ты спрашиваешь, если все уже решила за меня?
Женщина растерялась.
- Ты уже большая девочка. Я хочу знать твое мнение.
Алю захлестнула злость и обида.
- Тебе на самом деле не нужно мое мнение. Скажи честно, уже договорилась о переводе в новую школу?
Мария покраснела и стала нервно поправлять волнистые светлые волосы. У дочери были точно такие же, а вот цвет глаз разный. Женщина не раз ловила себя на мысли, что взгляд Алины трудно вынести. Она, например, не выдерживала и всегда отводила взор.
- Договорилась. В начале декабря ты пойдешь в гимназию "Росток". Там получишь лучшее образование.
- А ничего, что мои друзья и подруги окажутся на другом конце города? - выпалила Аля. Предательские слезы покатились из глаз. Девочке показалось, что ее мир продолжает стремительно разрушаться: сначала ушел отец, теперь она лишится друзей, дома, в котором жила с рождения.
- Ты же у меня умничка, найдешь новых, - сказала мать, запинаясь.
- Точно! Это пустяки. Все можно поменять: дом, друзей, школу. А ты, мамочка, поменяй еще дочку, тебе же проще будет! - Альке показалось, все восстало против нее, и она отчаянно закричала: - Не хочу тебя видеть, уйди!
- Алечка, успокойся. Не заметишь, как появятся новые подружки.
Через неделю они переехали в трехэтажный особняк Олега Николаевича. Девочка за три дня до этого события поговорила с отцом. Он не мог ее взять к себе: папа тоже женился, забыв сообщить об этом дочери. Его молодая жена оказалась действительно молодой. Девушке было всего двадцать три года, и ей совсем не хотелось возиться с чужим ребенком. После разговора с отцом, чувствуя себя преданной обоими родителями, она долго гуляла по улицам города, пока не замерзла. В квартире мама встретила ее криками и упреками.
- Где ты была? Я чуть с ума не сошла, разыскивая тебя! Обзвонила всех твоих друзей, собиралась идти в милицию. Ты специально доводишь меня до нервного срыва. Мне и так тяжело, а тут еще твои капризы.
Алина подняла на мать свои черные непроницаемые глаза, которые на худом, бледном лице горели мрачным огнем.
- Мне тоже нелегко, мама.
Женщина вздрогнула: ну откуда у дочери такие глаза. У нее самой светло-карие, у бывшего мужа серые. Иногда ей казалось, она совсем не знает своего ребенка. Ее подруги, взрослые женщины, почему-то побаивались девочку. Мария тряхнула головой. Все-таки они с мужем эгоисты, устраивая свою судьбу, думали об Алине в последнюю очередь. Они поженились двадцатилетними. Не окончив институт, она родила дочь. В детский сад девочку отдали в трехлетнем возрасте. Мария нашла работу секретаря в большой строительной компании. Там же спустя семь лет встретила Олега Николаевича, и семья распалась.
Она подошла к Але и обняла ее.
- Прости нас, малышка, мы с папой сильно виноваты перед тобой. - У нее сдавило в горле: ее девочка приникла к ней всем телом.
Родителям Али исполнилось только по тридцать три года, но ей они казались пожилыми.
В огромном доме, куда она перебрались с мамой, девочка чувствовала себя неуютно. Домработница встретила подростка неласково, потому что от детей только лишние хлопоты и уборка. Олег Николаевич доброжелательно говорил с Алей, но чувствовалось, ему неинтересна ни сама девочка, ни ее проблемы. Даже мама, как заметила Алина, испытывала неуверенность и общалась с дочерью рассеянно, думая о чем-то своем. В последнее время их беседы протекали по-обычному сценарию.
- Как дела в гимназии? Двоек не нахватала?
- Нет. Все нормально. - Если Аля начинала что-то рассказывать, то часто замечала отсутствующий взгляд матери.
Девочка обижалась: "Зачем спрашивала, если по фигу!"
- Нет, нет. Я слушаю.
- А я уже все сказала.
