- Ну-ну, успокойся, - мягко сказал он. - Давай никто никого не будет наказывать. Ты в безопасности, все хорошо. Я сегодня же приду к твоим товарищам и попрошу их одуматься, стать гостями. И тогда они тоже будут в безопасности, и все будет хорошо, правда? Ну, успокойся. Тебе никто не причинит вреда. Я лекарь в крепости, я осмотрю твоих товарищей, всем помогу. Ведь можно, Фуинор?
- Ну конечно, можно, - тоже мягко отозвался умаиа.
Март обвел взглядом собравшихся за столом, и от его доброго и мятущегося сердца словно отлегло - ну конечно же, его друзья - не чудовища! Вон как они заботливо собрались возле Линаэвэн, хотя она только что нападала на них. И Март, преодолевая себя, тоже ободряюще погладил деву по плечу. Тэлерэ слабо и печально улыбнулась. Все эти люди были, в сущности, добрыми - и ни один из них не был готов хоть попытаться уменьшить творящееся зло.
- Ты добр ко мне, Эвэг, хотя мне и очень жаль, что вы не передадите хотя бы первой моей просьбы. Но прошу тебя, осмотри их всех, ты увидишь сам, в чём более нужна помощь. И прошу, не уговаривай их идти в гости: если они не соглашались до сих пор, то тверды в своём решении, а ты можешь услышать резкий ответ. Будет выглядеть, словно ты предлагаешь им сдаться в обмен на лечение.
- Я осмотрю их всех.
Лекарь улыбнулся, и эта улыбка была странной. В ней не было горечи или хотя бы привычной печали, от того, что приходится осматривать раненых. Как мог адан, целитель, не проникнуться сочувствием к пленникам? …Если только он - адан. А Ханор? Он не приходил в смятение или печаль от услышанного, как Март, но спокойно поддерживал умаиар, что бы ни слышал - это просто сдержанный нрав, как виделось, или… нечто иное?
- Хорошо, если ты сможешь помочь им, исцелить, - ответила эдэлет, внутренне похолодев (быть может, она всё же сама направляет к ним тёмного майа!) и вместе не зная, не ошиблась ли. - И ныне, в самом деле, лучше было бы заговорить о другом, более приятном. Из каких вы Домов, и кто был вашими Лордами прежде? - адан ответит на этот вопрос не задумываясь, пусть он и отверг ныне былых Лордов. Возможно, легко ответит и не человек, особенно если подготовился к тому заранее, но Линаэвэн подняла взгляд, всматриваясь в Эвэга и, в меньшей степени, Ханора.
Эвэг же еще раз ласково провел рукой по плечам Линаэвэн и вернулся на свое место. Но пока он стоял спиной к эльдэ, в его глазах промелькнула досада и раздражение - что-то смутило деву…
- Мое призвание - знать травы, составлять настои и мази и исцелять раны. Я помогу твоим товарищам. До войны я занимался примерно тем же. Жил в тихой лесной деревеньке, был лекарем. Лордами же земли были братья Финрода Фелагунда и их вассал Барахир. Разве ты не знала?
Ханор согласно кивнул, а Март сказал за него:
- Мы с Ханором из одной деревни, он брат мужа моей старшей сестры. Он всегда был молчаливым и суровым, Линаэвэн, не думай, что он неприветлив к тебе.
Эвэг говорил ласково, но в его ответе было нечто странное, как и в его улыбке. Для адана, спрошенного о Доме и Лорде, естественным был бы ответ: “Я из Дома Беора, мой Король - Финрод Фелагунд” или “моими Лордами были Ангрод и Аэгнор”. Если бы Эвэг, перешедший на сторону Тёмных, сказал - не хочу, мол, говорить об этом, или назвал это неважным для себя и обвинил былых своих Лордов, это было бы печально, но понятно. А его ответ был уклончивым и скользким - он не сказал “моим Лордом был…”, но “Лордом земли”. Хотя, быть может, ей только кажется так после бесед с Сауроном и с этим Больдогом, изображающим “обычного орка-вояку”, и с Фуинором.
- Знала. Не знала только, все ли вы родом из Дортониона и из Дома Беора. Так как эдайн разных Домов могут вступать в браки между собой, не всегда легко узнать Дом Хадора по золотым волосам и голубым глазам; ещё труднее отличить Дом Халэт, не слыша их родного языка. И есть ещё эдайн восточного Белерианда, вожди которых происходят от Амлаха; он объявил себя врагом Севера, когда во время спора меж эдайн среди них явился тёмный майа, который говорил против эльдар, приняв облик человека - самого Амлаха - и притворяясь, что это действительно он, - Линаэвэн посматривала на Эвэга, как он отреагирует, но не то чтобы пристально. - Не знаю, выделяют ли ваши мудрецы этот народ как четвёртый Дом эдайн, по земле и по Лордам, или же нет - от того, что он не пришёл в Белерианд в числе первых, а выделился позже.
Затем дева грустно улыбнулась Марту и кивнула в ответ на его слова.
- Я и подумала, что Ханор сдержан и немногословен, - хотя и не была рада убедиться в том. Лучше бы он оказался коварным умайа, чем ещё одним соблазнённым Тёмными из числа Друзей эльфов. - Твоя сестра и брат Ханора ныне живут там же, в твоём родном селении?
- Наши деревни были малыми и дальними, - покачал головой Эвег. - В них редко кто был из других племен.
На слова же об Амлахе Эвэг усмехнулся, вспоминая хорошую шутку, но вслух сказал:
- Да, я слышал эту легенду, что живет средь людей. Но я всегда думал, что это сказки. Не может такого быть, чтобы некто выдал себя за другого, и никто вокруг этого не заметил.
