– Открой рот, Огненная Птичка, – прошептал Блейд. Его язык скользнул внутрь, поцелуй длился бесконечно, был таким нежным и в то же время требовательным. Шэннон едва ли отдавала себе отчет в том, что тоже целует Блейда.
Она чувствовала руки Блейда повсюду. Его шершавые ладони безумно возбуждали, как и нескончаемый поцелуй. Она никогда еще не испытывала ничего подобного. Все ее предыдущие поцелуи были детской игрой по сравнению с тем, что происходило с ней сейчас. Шэннон с трудом сохраняла контроль над собой.
– Блейд, нет. Я боюсь!
– Расслабься, Огненная Птичка, все идет хорошо, – прошептал над ее ухом Блейд. – Ни о чем не думай, пусть за тебя говорит твое тело. А я понимаю, о чем оно говорит. – Блейд взял руку девушки и поднес к интимным складкам между ее ног. – Чувствуешь, как там влажно? Это значит, что ты почти готова принять меня.
Он опять поцеловал Шэннон долгим поцелуем, увлекая за собой в водоворот страсти. Когда девушка оторвала свои губы, Блейд разочарованно застонал, думая, что своим неуемным вожделением напугал ее.
– Шэннон, позволь мне.
Блейд обхватил руками ее голову и снова прильнул жадным поцелуем. Если бы кто-то сказал Блейду, что он испытает с Шэннон неизведанное наслаждение, он не поверил бы. Но это действительно было так: еще ни с кем ему не было так хорошо. Мужское естество требовало облегчения, и Блейд оторвался от Шэннон, чтобы дать себе немного остыть. Он обещал доставить девушке удовольствие и привык держать слово. Блейд снял штаны из оленьей кожи и когда опять повернулся к Шэннон, она почувствовала на своем животе твердую мужскую плоть. Пересилив стыдливость, девушка осмелилась посмотреть вниз, чтобы удовлетворить свое любопытство.
– Смотри в свое удовольствие, Огненная Птичка, – по-видимому, Блейда забавляло то, что девушка проявляет такой интерес.
Шэннон возбудили слова Блейда, и она притянула его к себе, не желая обсуждать мужское достоинство.
Рука Блейда скользнула вниз, нежно и смело исследуя влажное лоно девушки. Эти прикосновения заставили Шэннон пылать, она почувствовала, что слабеет, не в силах вынести сладкую пытку.
Но и Блейд не мог больше сдерживаться. Почему эта южанка так отличается от женщин, с которыми ему приходилось делить ложе?
– Раздвинь ноги, Огненная Птичка.
Шэннон вся похолодела, чувствуя, как его огромная твердая плоть пытается проникнуть в ее тело. На мгновение страх возобладал над чувствами.
– Нет! – вскрикнула девушка, мотая головой из стороны в сторону, пытаясь воспротивиться, но было уже поздно... слишком поздно.
Внезапно Шэннон пронзила острая боль, и она попыталась сбросить с себя Блейда. Никто не предупреждал ее о том, что будет так больно. Из груди вырвался крик:
– Блейд, я не могу это вынести!
Он закрыл девушке рот поцелуем и немного подождал. Как ему не хотелось причинять ей боль!
– Ты – моя, моя, моя, – в экстазе шептал Блейд. Боль утихла, и Шэннон прикусила губу, чтобы не вскрикнуть от необычно сильного ощущения, которое испытывала впервые. Прекрасное чувственное наслаждение стало накатывать волна за волной. Казалось, можно потерять рассудок – ее неумолимо несло навстречу чему-то... Чему-то...
– Блейд, что со мной происходит?
Она в отчаянии вцепилась в бронзовые плечи Блейда, стараясь достичь чего-то неизведанного.
– Я тоже это чувствую, Огненная Птичка, сосредоточься на своих ощущениях, не думай ни о чем, кроме того, что я делаю, как проникаю в тебя... сливаюсь с тобой. О Боже, ты восхитительна! – с благоговением произнес Блейд.
Его слова возбуждали еще сильнее. Шэннон тихо застонала.
– Давай, Огненная Птичка, поторопись. О, я не знаю, смогу ли еще подождать.
Смысл его слов не доходил до девушки, однако ее тело приблизилось к цели и вознеслось на вершину блаженства, содрогнувшись в оргазме. Шэннон выгнулась навстречу Блейду, и он с восторгом присоединился к ней.
– Моя любимая, моя!
Блейд мгновенно уснул, но Шэннон о многом хотела подумать. Она испытала такое, что одновременно взволновало и смутило ее. «Как смог этот метис доставить мне огромное удовольствие? – удивилась девушка. – Возможно ли это с другим мужчиной?» Шэннон почему-то сомневалась в том, что возможно. Поначалу ей не давала покоя греховность любовного опыта. Неужели действительно следовало отдать девственность взамен за спасение от Бешеного Волка? Или все-таки Блейд просто соблазнил ее любовными речами и страстными ласками? Что ж, благодаря Блейду она больше не девушка и вольна теперь покинуть индейцев и продолжать жить своей собственной жизнью. Она постарается забыть Блейда, никому не придется ничего объяснять. Разве что будущему мужу, если, конечно, он у нее появится.
Чувствуя себя утомленной, Шэннон закрыла глаза. Она ни на минуту не забывала о том, что рядом лежит совершенно обнаженный Блейд и касается ее своим горячим телом. Шэннон хотелось ненавидеть его, хотелось найти себе оправдание и успокоить свою совесть. Но почему-то в душе не было ненависти к человеку, который, возможно, спас ее от смерти.
Неожиданно Блейд пошевелился и протянул руку к Шэннон.
