– Тебе нравится танцевать, Шэннон? – вежливо осведомился он.
– О да. До войны мы устраивали грандиозные балы в Твин Виллоуз.
– Твин Виллоуз – ваша плантация?
– Была нашей. Мы ее потеряли. Мы все потеряли, теперь там живут янки, – с горечью произнесла Шэннон.
– Ты хотела бы вернуть ее?
– Вернуть? Я... Я не понимаю.
– Я мог бы выкупить ее для тебя. Еще одна поездка на восток, и я смогу купить тебе все, что захочешь. Тебе не место здесь, в этой глуши. Я одену тебя в великолепные платья, выкуплю твой дом, подарю тебе драгоценности.
– Клайв, к чему ты клонишь?
– За эти недели мы очень подружились с тобой, – издалека начал Клайв, – думаю, что мы отлично поладим друг с другом. Я прошу тебя стать моей женой.
Бейли уже несколько дней обдумывал возможность женитьбы на Шэннон. Идея вовсе не плохая, ведь, вернувшись на Восток, он будет вести респектабельный образ жизни.
Предложение Бейли ошеломило Шэннон.
Даже в самых смелых мечтах она не могла предположить, что он захочет на ней жениться. Она заставила себя принять его дружбу, но выйти замуж!..
– Ты хочешь на мне жениться?
– А что здесь странного? Ты красивая женщина. Любой мужчина гордился бы такой женой. Я смогу дать тебе все, что пожелает твое сердце.
Мозг Шэннон лихорадочно работал: «Как с честью выйти из такой ситуации? Что ответить, чтобы одновременно удовлетворить его и не скомпрометировать себя? Во что бы то ни стало надо удержать Клайва возле себя».
– А как я могу быть уверена, что ты выполнишь все, о чем говоришь? Может, ты лжешь насчет своего богатства? После войны мы были бедны как церковные крысы. Я не хочу больше бедности, не хочу, чтобы это повторилось вновь. Человек, за которого я выйду замуж, должен быть в состоянии возместить мне все, что я потеряла. Они уже давно перестали танцевать и теперь стояли у открытого окна.
– А если я смогу доказать, что не лгу, ты примешь мое предложение?
Прежде чем Шэннон ответила, к ней подскочил следующий кавалер и закружил в танце. Позже Клайв предложил проводить ее домой, и Шэннон согласилась. Она задавала себе один-единственный вопрос: «Каким образом Клайв Бейли собирается ей доказать, что он не лжет насчет своего богатства?»
– Какая красивая ночь, – мечтательно проговорила Шэннон, поднимая глаза к небу, – посмотри, какая луна! Как ярко сверкает снег!
– Лучше я буду смотреть на тебя, – сказал Клайв, пожирая ее глазами.
Шэннон действительно выглядела сегодня превосходно, несмотря на то что единственной новой вещью была лента на старом платье из синего бархата. Лиф платья был вырезан достаточно низко, чтобы соблазнять, но в то же время это выглядело вполне пристойно. Синий цвет удивительно шел к ее глазам и каштановым локонам, которые она подняла наверх и уложила в восхитительную прическу.
Да, Шэннон выглядела великолепно, но, похоже, совершенно об этом не подозревала.
– Клайв, как ты собираешься доказать мне, что имеешь большое состояние? У тебя есть деньги в банке?
Казалось, вопросы Шэннон больше развлекают, чем раздражают Клайва. Он считал совершенно естественным, что девушку интересует его богатство.
– Даже лучше, дорогая. У меня есть золото... много золота. И оно в таком месте, что никто не сможет найти его.
– А как я узнаю, лжешь ты или нет? – с вызовом спросила Шэннон.
– Я сказал, что докажу это, – значит, так оно и будет. Как только ты согласишься выйти за меня замуж, я покажу свое золото.
Я... мне... мне нужно подумать, – заколебалась Шэннон. Они уже подошли к двери ее дома, и Клайв с надеждой смотрел на свою спутницу. Шэннон достала из сумочки ключ и открыла дверь.
– Спокойной ночи, Клайв, спасибо, что проводил меня.
– Ты подумаешь о том, что я сказал?
– Я... да, конечно.
– Могу я поцеловать тебя с пожеланием спокойной ночи? – спросил Клайв, протягивая к ней руки.
Шэннон чуть было не оттолкнула его. Если ей так неприятны его прикосновения, то чего же ждать от поцелуя? Выбора, однако, не было – пришлось позволить поцеловать. Смешно отказывать человеку, только что сделавшему предложение. Шэннон робко подставила ему губы. Поцелуй оказался еще хуже, чем могла представить себе Шэннон. Когда Клайв попытался языком раздвинуть ее губы, она сжала их плотнее и стиснула зубы, затем оторвалась от него, пробормотала, что желает ему спокойной ночи, и скрылась за дверью.
«О Господи! Что из всего этого выйдет? – Шэннон спиной прислонилась к двери, чувствуя, как дрожат ноги. – Завтра обязательно надо увидеться с майором Вэнсом и спросить совета. Возможно, она зашла слишком далеко. Почему рядом нет Блейда, когда она так в нем нуждается!»
