Асаки обнаружили почти сразу с начала поисков. В двенадцать часов, оставив поднос с едой к моему возвращению, она почувствовала слабость и вернулась в комнату, которую делила с другими рабынями. Там она прилегла на постель... и уже не проснулась. Отравлена была именно еда - медово-ореховая пахлава, которую Асаки всегда брала двойной порцией, бессовестно говоря на кухне, что её подопечная жуткая обжора. Все считали, что я была сладкоежкой, и кое-кто воспользовался этим.
То, что столь откровенно и глупо, но весьма эффективно, меня пыталась отравить именно императрица, было понятно почти самого начала.
Я плохо осознавала, что происходит вокруг и не слишком следила за временем. В какой-то момент Оссе исчез, а вместо него появилась Кронберг. Она говорила со мной медленно и ласково, как будто я была больным ребёнком. Или же диким животным, попавшим в капкан и которому нужна была помощь.
- Эрика, поговори со мной. Расскажи, что с тобой происходит. Не пугай меня, пожалуйста.
Я вяло пожала плечами, не поднимая головы. Видеть кого-либо мне сейчас не хотелось.
- Когда я смогу вернуться к себе?
- Тебе лучше побыть пока в лазарете, здесь доктор может присмотреть за тобой.
- За мной не нужно присматривать. Всё в порядке. Отравили же не меня.
- Не в порядке, - возразила Кронберг, - и ты это знаешь. Хочешь... хочешь я приведу Замира?
- Не сейчас, - сухо ответила я. - Я же сказала, что хочу к себе.
Алана немного неодобрительно поджала губы:
- Ну и упрямая же ты. Хорошо, когда Оссе вернётся, мы обговорим с ним это.
Оставлять меня одну она не желала, провоцируя на неэтичное использование дара. Сделать так, чтобы ей было плохо в моём присутствии... что ж, сейчас я бы рискнула это попробовать.
Не успела. Дверь лазарета отъехала в сторону, явив перед нами светлый лик Ядгара Альге, привычно серьёзного и собранного, и тут же заполнившего всё свободное пространство.
- Можешь идти,- не взглянув даже на Кронберг, сказал император. Она торопливо сжав мою ладонь на последок, вышла. Заботится обо мне, я желала ей зла. Хотела сделать больно. Я действительно становилась кем-то не самым приятным. Даже перестала чувствовать холод от Альге. Подумала, что сумела растопить его... а на самом деле, оледенела сама.
Ядгар подошёл ко мне, сидящей на койке, прикоснулся к моему лицу шершавыми пальцами, как будто пытаясь стереть излом между бровей, а затем порывисто прижался своим лбом к моему.
Без слов. Императоры не говорят своим рабыням 'прости', хотя мы оба знали, что в случившемся была его вина, его промах. Я терпеливо ждала, когда Альге меня наконец-то отпустит.
- Ты обычно такая плакса, но сейчас лицо твоё сухо, - негромко говорит Ядгар, щекоча своим дыханием мои губы. - Разве ты не испугалась?
- Не успела. Почему... почему вы так жестоки со мной, господин? - слова срываются с моих губ почти против моей воли. - Почему вы стремитесь отобрать даже то немногое, что у меня есть?!
- Про что ты?
Он на самом деле не понимал. Для него смерть Асаки была лишь досадная случайность, не больше.
Я попыталась отстраниться, но Альге не позволил.
- Я думаю, тебе будет полезно кое-что знать про мою жену.
- Значит, это всё-таки она.
- Вижу, ты не удивлена.
Сидеть на высокой больничной койке, склонившись к императору, было неудобно, и заметив это, Ядгар обвил мою талию рукой и опустил меня на пол, рядом с собой. Руки его нашли мою ладонь и он поднял её к лицу, прижимая к губам. Светлые, в этот момент особенно прозрачные глаза не отрывали взгляд от меня, но я как всегда не могла прочесть, что таилось на их дне. Я повернула голову, уставившись в стенку, лишь бы не смотреть на Альге. Что это с ним? Пялится не переставая ... Раньше, может быть, столь странное поведение императора вызвало бы у меня интерес, но сейчас мне просто было неприятно.
Я повернула голову, уставившись в стенку, лишь бы не смотреть на Альге. Что это с ним? Пялиться не переставая ... Раньше может быть столь странное поведение императора вызвало бы у меня интерес, но сейчас мне просто было неприятно.
- Вы так настойчиво совали ей меня, что я бы не удивилась, если бы однажды утром обнаружила на своём лбу нарисованную мишень.
- Тебе не должно было ничего угрожать, Эрика, - возразил император.
Я позволила возникнуть недоумению на своём лице, но вслух сказала другое:
- Если вы так считаете...
Ядгар раздражённо сжал мою ладонь в своей руке, но почти сразу же ослабил хватку.
