Мы расстались, и я покинул наполненную шелестом листьев оранжерею, выходя из уголка умиротворения в куда более жестокую реальность. Здесь, под крышей, было ещё несколько помещений. Они пустовали, я не стал их обживать, вполне удовлетворившись размером третьего этажа, которого и так хватало для нужд моей маленькой семейки.
Но всё же одну из самых дальних комнат я сделал гостевой.
Дверь была обшита пучками сухих люпинов, как того требовали правила. Замок казался таким же воздушным и игрушечным, как и ключ, который мне передала Элфи. Но, уверяю вас, эта штука стоила мне кучу соловьёв и довольно надёжна.
Хотя есть ли надёжные вещи в нашем мире, кроме пары-тройки людей, которым ты готов доверить свою жизнь?
В комнате, задрапированной паутиной, горело четыре каштановых свечи. Маленькая (очень маленькая) сгорбленная старуха с сероватой кожей, поджав под себя босые ступни с давно не стриженными жёлтыми ногтями, куталась в ярко-зелёную шаль. Объёмную, тёплую, тонкой вязки, волнами спадающую с табурета на пол. Шаль порой казалась мне совершенно безразмерной и способной укрыть всех замерзающих мира.
Лицо моей гостьи – немного грустное, морщинистое, с узким ртом, напоминало мне лицо нищенки, которую я когда-то видел в детстве. Вместо глаз – два тёмных провала. Не знаю, чего Личинке не понравились глаза, но она выдрала их из себя через пару недель после того, как я поймал её.
Старуха лишь облик. Пока Личинка здесь сидела, она перебрала их несколько и в итоге остановилась на этом. Трудно сказать, чем он её привлекает, но я бы не расслаблялся от столь беззащитного вида. Это существо опасно, если потерять осторожность в общении с ним.
Оно уже пыталось причинить мне неприятности, а когда не вышло, стало искать путь к свободе. В первый раз лишь благодаря удаче я поймал её уже у двери. Затем принял меры, рассыпал вокруг табурета соль, которая её оглушает. Так что стоит коснуться преграды, Личинка ползёт назад, плюясь и ругаясь на весь свет.
Мне известно, что я не смогу держать её вечно. Рано или поздно она найдёт решение и сбежит. Или сперва отомстит, а потом уже сбежит. Такое поведение куда чаще встречается не только у людей, но и у существ Ила.
И во время бегства я постараюсь ей помешать и прикончить.
И она, и я – это знаем. И мы играем в игру, понимая, каким выйдет финал нашего знакомства. Личинка часто предпочитает не замечать, что она мой пленник. Когда ей скучно и она истосковалась по общению, то становится мила и словоохотлива. Иногда с ней даже можно провести интересную беседу, главное, не сболтнуть ничего лишнего, ибо это когда-нибудь будет использовано против тебя.
Но судя по тому, как она нахохлилась, сегодня долгих бесед не предвидится.
– От тебя смердит Илом, и я пьянею от его запаха. Как там?
– Ил не меняется, – лаконично ответил я.
– Дурак. Ил словно прибой, – мечтательно прошептала пленница. – Он дышит, как дышит море, и постоянно находится в движении. Люди не видят этого, потому что слепы.
– Слепа пока что только ты.
Её тонкая костлявая ручка нырнула куда-то в шаль и, к моему изумлению, извлекла глаз. Личинка сунула его себе в глазницу. Глаз оказался цвета яичного желтка. Без радужки и зрачка.
– Полагаю, второй ты хранишь где-то в тряпке.
– Возможно. Если только не съела его. Глаза вкусные. – Голос у Личинки подошёл бы призраку. Создавалось впечатление, что я не слышу её слова, а они просто возникают у меня в голове. – Ты давно не кормил меня.
– Тебя кормят каждый день. – Я сделал вид, что не понял.
Узкий рот старухи внезапно растянулся, обнажая кровоточащие дёсны:
– Твоя тварь давала мне только кашу. Кашу!
– Каша полезна. – Я ничуть не оскорбился. – А называть юную девушку тварью, по меньшей мере, некрасиво.
– Все юные девушки твари. И юные юноши. Или как там правильно? Они ни на что не годны. Но ты-то не из таких, а? Ты-то дашь мне достойную еду?
Я вытащил из кармана белый цветок мальвы, показал Личинке и получил в ответ заискивающую улыбку:
– Ах-хах. Прелесть с кладбища Храбрых людей. Вкусное!
Я повертел цветок между большим и указательным пальцами. Он уже начал увядать, но в нём всё равно ещё оставалось достаточно силы Ила, чтобы насытить Личинку.
– Что ты хочешь за него? – Не выдержала она, и я, глядя в мутный жёлтый глаз, ответил:
– Сейчас мне от тебя ничего не нужно.
Она было стала протестовать, но осеклась под моим взглядом.
– Это аванс. В счёт будущего. Ты мне будешь должна.
Существа Ила не любят долгов. Это связывает их с людьми узами, которые разрушить сложно. Но Личинка не могла противостоять соблазнам. Я давно не приносил ей интересной пищи.
– Буду должна, – согласилась она и раскрыла рот.
Я вложил в него цветок, и моя пленница проглотила дар с невероятной скоростью. Тут же блаженно зажмурилась.
Говорить нам больше было не о чем, так что я ушёл, думая, что если Капитан прав, то мне довольно скоро придётся потребовать с Личинки долг.
