– Да, пожалуй… – пробормотал он. – Вообще-то Рио однажды пробовала быть моделью. Мой друг, дизайнер-ювелир, попросил ее сняться для торгового каталога. Честно говоря, я удивился, что она согласилась. Жалко, что фотографии до сих пор не готовы, иначе я бы с удовольствием показал их вам.
Я вспомнил, что рассказывала мне Маэда – что она видела, как Семь Звезд выходила из ювелирного магазина с пожилым мужчиной. Так вот что породило слухи про эту девушку и немолодых мужчин. Вероятно, их подкрепляло и то, что она часто прогуливала занятия.
– Вам принести еще кофе, господин Ишида?
– Благодарю вас, но я уже сыт.
– Тогда я уберу со стола и попрошу Рио поздороваться с вами.
Господин Накадзима удалился с подносом, скрывшись за деревянной перегородкой. Я услышал, как он позвал дочь. Семь Звезд появилась в шортах и вязаном топе. Волосы были собраны на макушке в пучок.
– Раз вы здесь, – сказала она, заглядывая за перегородку и проверяя, далеко ли отец, – пойдемте со мной.
Я неохотно встал и пошел за ней. Столовая находилась за перегородкой. Через стеклянную дверь, отделявшую ее от кухни, я видел, как господин Накадзима мыл посуду.
– Перестаньте тянуть время, – прошептала Семь Звезд.
Мы поднялись вверх по лестнице. Она открыла дверь и втащила меня в свою спальню. Комната оказалась неожиданно девичьей, с розовыми стенами. Там были широкая кровать, заваленная плюшевыми игрушками, стол с горками книг и фигурками мультяшных персонажей и белый гардероб с большим зеркалом. Мебель была украшена блестящими наклейками.
– Вы долго планируете тут оставаться? – спросила Семь Звезд, садясь на кровать.
– Ты не должна приводить мужчин в свою комнату. – Я остался в комнате, но держал дверь открытой. – Иначе это неправильно поймут.
– Не беспокойтесь, старики не в счет. – Она захихикала.
– Возраст – вещь относительная, – сказал я. – Где твоя мать?
– Она не скоро вернется. Убежала из дома несколько дней назад. Бросила нас с отцом.
Меня поразила ее способность произнести такую грубую шутку с бесстрастным лицом. Подвинув вращающийся стул, я сел на него перед столом.
Ее стол стоял у окна. Оно было открыто, но слабый запах застарелого табака все же ощущался. Я представил себе, как девушка стоит у окна, томно поднося к губам сигарету, а белый дым пляшет вокруг нее и уносится ветром.
Поставив локоть на стол, я выглянул на улицу. Мне была хорошо видна дорога. Окно выходило на то место, где была убита моя сестра. Я подумал про ту ночь, когда я лежал на обочине дороги под проливным дождем. Семь Звезд могла видеть меня, но я сомневался в этом. Было поздно, а погода была ужасная.
– Хотите взглянуть на кое-что интересное? – спросила Семь Звезд.
Она выкатила из-под кровати ящик. Я подошел и заглянул в него. В нем я увидел сотни пачек жвачки разных брендов, все запечатанные.
– Ты с ума сошла! – сказал я. – Ты все это украла?
Она кивнула с таким же бесстрастным лицом.
Я не мог понять, что у нее на уме. Неужели она гордилась своими подвигами?
– Глядите, господин Ишида. В Японии продаются только немногие из них. – Она взяла одну упаковку. На ней был круглый желтый дозатор с напечатанной рожицей. – Это у меня из Копенгагена.
– Ты, должно быть, очень любишь жвачку, – сказал я. – Или у тебя что-то не в порядке с головой.
– Или и то, и другое, – добавила она.
– Или и то, и другое, – повторил я. – Безумное количество. Ты не сможешь их дожевать до истечения срока годности.
– Я никогда ни одной не открывала. Думаю, что некоторые уже просроченные. – Она провела правой рукой по упаковкам. – Я начала собирать эту коллекцию в двенадцать лет, так что здесь шесть лет моих усилий.
– Зачем ты это делаешь? Тебе нравится коллекционировать жвачку?
– Не очень. Просто мне нравится брать вещи, которые мне не принадлежат.
– Клептомания?
– Возможно, – равнодушно согласилась Семь Звезд. – Или любопытство. Я не знаю.
Какой-то нездоровый уровень любопытства.
– А почему жвачка?
– Почему бы и нет? Она продается всюду, и маленькая, красть проще некуда. – Она взяла упаковку и покрутила ее в пальцах. – Впервые я совершила кражу в магазине возле школы.
– При серийных преступлениях первое обычно совершается импульсивно.
– Верно, – сказала Семь Звезд. – Откуда вы это знаете?
– Из телесериала.
– У-гу. – Она посмотрела мне в глаза. – Ну, когда я сделала это в первый раз, мне ужасно понравилось, и тогда мне захотелось сделать это снова. Во второй раз тоже было клево. Не совсем так, как в первый, но все-таки приятно. Потом еще и еще, и это вошло у меня в привычку. Теперь я серийная воровка жвачки.
– Ты извращенка.
– Ну, а вы, господин Ишида? Вам никогда не хотелось что-нибудь украсть?
– Никогда.
– И вы за всю жизнь ничего не стырили? Ни разу? – Она бросила жвачку в ящик. – Не обманывайте. Хотя бы один случай наверняка был. Ну, может, вы украли у кого-то подружку. Или взяли чужую ручку. Знаете, это тоже считается.
Я на мгновение задумался. У меня было много грехов, но воровство противоречило моим принципам. Тут я вспомнил, что все-таки когда-то совершил кражу, нечаянно.
– Ладно. Однажды я взял одну вещь.
