Публичное одиночество полностью

Наш актерский состав – люди разных национальностей и убеждений. И мне было важно, чтобы сама история отзывалась в каждом его личными переживаниями, мыслями, чувствами. В данном случае мы огромное количество времени тратили на то, чтобы сосуществовать в одном кадре. Я очень ценил, когда каждый из актеров привносил в роль то, что его волновало в истории своего характера.

Есть ли у «12» какой-то характерный аромат?

У картины аромат солнечной зимы за окном и спортзала внутри.

Работать над картиной было тяжело. Мы снимали по 12 часов, а потом еще репетировали, но иначе было нельзя. Другого метода просто нет. Мы должны были спокойно, ясно, скрупулезно разобрать все для того, чтобы сыграть то, что сыграли актеры.

Наверняка найдутся те, кто после просмотра фильма обвинит Вас в госзаказе…

Я никогда не снимал картины ради политики. Если они становились актуальными или кто-то видел в них политический заказ – это их видение, не более того. Вообще русский интеллигент – это человек, имеющий свою точку зрения по любому поводу. Я отношу себя к ним, хотя и не люблю слово «интеллигент». «12» – это мое видение того, что происходит с нашим обществом. И поэтому мне важно, чтобы фильм посмотрело как можно больше людей. (I, 128)

(2008)

Интервьюер:На днях о Вас распространился новый слух, связанный с фильмом «12». Говорят, есть проблемы с прокатом в США, потому что нарушены авторские права Сидни Люмета?..

Права на прокат картины «12» на территории Соединенных Штатов Америки приобрела крупнейшая компания Sony Classics. У нас подписан договор. Прокат начнется после «Оскара». Никаких проблем с этим нет. Но я не могу запретить людям выдавать желаемое за действительное.

Кто первый назвал ваш фильм ремейком и тем самым внес ненужную путаницу?

Я его ремейком не называл, но и не спорил, когда называли. А то еще скажут, что я украл все у Люмета и теперь тщательно это скрываю. Хотя у нас абсолютно разные картины – даже на уровне трактовки материала. Люмет рассказывает о фантастической мощи американской судебной системы. А я рассказываю о том, что при нашей судебной системе человека можно спасти только живым состраданием.

К «12» предъявляют много как идеологических, так и «технических» претензий. В частности: в фильме представлена судебная система, актуальная для Америки 1950-х и не соответствующая России 2007 года. В какой степени это Вас тревожило, когда Вы начинали съемки?

Ни в какой.

Возьмите картину «Гладиатор» и проанализируйте ее с точки зрения исторического соответствия реалиям Древнего Рима… Критики в юриспруденческом раже забыли прочесть начальные титры фильма «12». Там сказано: «Не следует искать здесь правду быта, попытайтесь ощутить истину бытия». Для меня единственно важен повод к разговору. А то, что этот повод и этот разговор для России 2007 года крайне актуальны, я думаю, никто оспаривать не решится.

«12» – больше чем фильм. Это мой, как теперь говорят, месседж, и если бы, чтобы высказаться, мне понадобилось усадить присяжных за стол в пижамах, я бы это сделал. «12» поняли люди, которые смотрели сердцем. Которые ощущают себя частью страны. Они увидели там главное – себя. Много ли у нас за последнее время вышло картин, про которые зрители в Интернете признавались бы, что этот фильм повлиял на их жизнь? Я сейчас не о художественном уровне говорю, а об уровне постановки вопросов. На одной руке хватит пальцев пересчитать. И надо отличаться не только отсутствием совести, но просто тупостью душевной, чтобы, не обсуждая толком саму работу, бесконечно трендеть, настоящий ли «Золотой лев», откуда столько «Золотых Орлов» и какие дураки сидят в Американской киноакадемии…