Разозлившись, я уже собиралась сказать, что мне плевать, сколько у него подписчиков, и что он меня совершенно не интересует, но потом вспомнила, что, если он меня заблокирует, я вообще ничего не выясню.
– Пожалуйста, ее мама ищет, я ищу. Все волнуются. Можешь сказать, когда она ушла?
– Она не уходила, потому что не приходила. Я вообще ее в черный список за это кинул.
– Как не приходила?
– Я, как идиот, прождал целый час. Час! Я!
– Очередная шутка?
– Нет.
– И она не писала ничего?
– Нет.
– Мог бы сразу так и сказать, козел!
Последнее я добавила от всей души. Пусть блокирует. Я тут же позвонила Липе и Филу, но безрезультатно. Впрочем, если бы Липа все-таки уговорил Лизу передумать и не встречаться с Лешей, то почему она на звонки не отвечает? Он проводил бы ее до дому, или она вернулась ко мне за своей одеждой. С Филом Лиза, конечно, могла застрять где-нибудь. А если они ругались, то и не отвечать, но ни один из них не дорожил этими отношениями настолько, чтобы потратить на ругань три часа. Я перезвонила Бэзилу.
– Лиза пропала. Пошла на свидание и пропала. Я не знаю, что делать.
– Нашли-таки себе сетевого маньяка?
– Нет. Лиза до него не доехала. Она ведь не могла исчезнуть прямо в метро?
– Может, встретила кого по дороге?
– Даже если и встретила, то почему к телефону не подходит?
Бэзил задумчиво сопел с той стороны трубки.
– Что молчишь?
– А что я скажу? Что все плохо? Так это ты и без меня понимаешь. Позвони Филу. Пусть выйдет поищет с тобой по округе…
– Я звонила. Он не отвечает.
– Это он от тебя прячется. Сейчас я его сам наберу.
Бэзил с Филом зашли ко мне минут через сорок, подождали в коридоре, пока я переоденусь, и мы вместе отправилась искать Лизу. Прошли по дороге от моего дома до метро, побродили по темным дворам, зашли в ТЦ. Как будто Лиза ненормальная и вместо того, чтобы ехать на долгожданную встречу, решила зависнуть на опостылевшем фудкорте. То, что искать ее – затея глупая, я понимала сразу, но, прежде чем переполошить ее родных, должны же мы хоть что-то сделать. Суть наших поисков сводилась к ожиданию того, что Лиза вот-вот объявится. Но она не объявлялась. Предположений, куда она могла деться, не было. Ушла в половине шестого. Кругом полно людей, до метро идти не дольше десяти минут, а встреча с Лешей была назначена на станции «Тверская», в центре зала. Фил то ли и правда разволновался, то ли разозлился из-за ее свидания. Разговаривал громче обычного, матерился, на пешеходном переходе столкнулся с человеком, послал его и постоянно срывался на меня. Считая, что это именно я подсунула блогера Лизе. Наконец ему позвонила Лизина мама, и выяснилось, что Лиза в больнице. Подробностей Анна Владимировна не знала, но собиралась туда ехать и, пообещав перезвонить, попутно высказалась в мой адрес не самым приятным образом.
Но главное, что Лиза нашлась, и оставалось надеяться, что с ней ничего ужасного не произошло.
Мы одновременно и выдохнули с облегчением, и взбудоражились с новой силой. Просидели в ожидании звонка в пустом зале фудкорта, пока не появился охранник и не стал выгонять нас. Заверив, что скоро уйдем, мы проторчали там до двенадцати. Повсюду загудели пылесосы, началась пора уборщиц. При желании могли бы остаться и на ночь. Только до утра нас уже никто не выпустил бы. Большинство дверей блокировалось, и, задержавшись после одиннадцати, можно было выйти только через двери, ведущие к парковке на нулевом этаже, или через фитнес-центр.
Звонок Лизиной мамы раздался, когда мы молча брели по зловещей, тускло освещенной и продуваемой ледяным декабрьским ветром автомобильной стоянке. Того, что случилось с Лизой, на самом деле никто из нас даже близко представить не мог.
Оказалось, что кто-то столкнул ее в строительную яму. Упав на трубы, Лиза сильно ударилась головой и пропорола арматуриной бедро. Услышав ее стоны, прохожие вызвали «Скорую». Лиза была без сознания. Но сейчас уже пришла в себя и ей ничего не угрожает.
– Главное, жива. – Бэзил похлопал Фила по спине.
– Может теперь в суд подавать на эту строительную компанию, – отозвался тот. – Вдруг квартирой откупятся?
– Не, – покачал головой Бэзил, – вот если бы сама упала, да еще дело закончилось инвалидностью, точно бы квартиру на халяву получила. А когда толкнули, тут уж извините… Не, конечно, штраф с них сдерут, но Лизке вряд ли что-то достанется.
– Какие квартиры? Инвалидность? Вы о чем? – изумилась я. – А вдруг она и вправду теперь ходить не сможет или еще какие ужасные последствия будут?
– Если плохое уже случилось, почему бы о хорошем не подумать? – парировал Фил.
Их легкомысленный цинизм покоробил.
– Думать нужно о том, кому понадобилось ее туда толкать.
– Там у вас такая дыра… Человек мог просто идти мимо, обгонять, торопиться. Случайно задел, вот и все. Зачем опять придумывать криминал на ровном месте? – резко откликнулся Бэзил.
– Ничего себе на ровном месте! Я мимо этой ямы хожу в темноте по два раза в день, Липа ходит, и ничего. Никто из нас не упал, даже когда дожди жуткие были. Дыра там с мая. Если бы хоть кто-то свалился, ее бы давно заделали.
