Смеяться над приключениями Элеоноры больше не хотелось. Совсем наоборот: стало грустно. Насте подумалось, что не так уж и давно девчонки учили её жизни, потом она вроде бы их приручила, как в той красивой сказке Сент-Экзюпери, и теперь отвечает за них. Не сложились у них судьбы, но ещё есть время, не подлые девчонки и не глупые, просто пока выпадали им крапленые карты...
- Вот что, девочки, - решительно сказала Настя. - С завтрашнего дня принимаю вас на работу в свой Издательский дом. Вкалывать будете по-настоящему и без всяких постельных приключений. Отложите вашу сексуальную раскованность до других времен... Мне нужны надежные, энергичные, обаятельные и умные помощницы, а не искательницы сексуальных приключений. Я ясно выражаюсь?
- Приказывай, командир! - вскинула ладошку к виску Нинка.
- Буду стараться, Настя. Дай шанс,.. - сказала и Элеонора.
- Ты, Нина, сядешь в мою приемную помощником-референтом, то есть станешь очень доверенным лицом. Обязанности объясню потом... Элеонору я хочу назначить директором рекламно-информационного агентства, которое создадим в ближайшие дни. Я из вас, мои родные, московскую подзаборную дурь вышибу и сделаю деловых европейских женщин.
Настя почти кричала - они ведь действительно были ей родными, непутевые. И она знала, была уверена, что девицы выложатся по первое число и все для этого у них есть. За одну битую двух немятых дают...
- Настенька, нам и самим такая придурковатая жизнь надоела, - Элеонора говорила искренне и Настя поверила, что она не рисуется, ей действительно осточертела такая житуха.
- Ну, а ты? - спросила Нинка. - Мы исповедались, твоя очередь подошла. - Урвала где-нибудь кусок бабьего счастья?
- Я вроде бы замужем, - с неопределенной улыбочкой сказала Настя.
- Не мути воду, подруга. Браки, между прочим, заключаются на небесах, - рассудительно изрекла Нинка, - а не вот так - по трезвому расчету.
- Думай, что хочешь, - Настя устала и теперь ей хотелось поскорее закончить этот странный разговор, который сама же и затеяла. - Только мне было не до этого - закрутилась, завертелась. Миллионершей быть не очень просто...
- Признайся честно, - наседала Нинка, - хотелось?
Эля грела ладошкой рюмку с коньяком и посмеивалась, словно бы вспоминая что-то приятное.
- А я что, не женщина в соку? - грубовато обрезала дальнейшие расспросы Настя. - Давайте, подруги, завершать нашу тайную вечерю...
Дурные сны не всегда к несчастью
Настя шла по набережной Москва-реки, там, где по склонам её крутого правого берега зеленел парк, в недавнем прошлом именовавшийся Центральным парком культуры и отдыха имени Горького. Она шла мимо гранитных исполинов, гордо взобравшихся на высокие пьедесталы. Настя всматривалась в каменные, застывшие лица и узнавала их. Вот румяный поросенок - Гайдар, рядом оплывшая физиономия Полторанина, дальше - хитрованная мордашка Бурбулиса, кругленькая, пухленькая - Коротича. Моложаво взирал на Москва-реку Станкевич, обиженно-печально горбился Собчак... Их было много, неподвижных истуканов, и, казалось, вышли они то ли на прогулку по красивой набережной, то ли застыли в почетном строю. Один пьедестал был пустым и можно было догадаться, для кого он, кого дожидается.
Настя сообразила, что она идет по Аллее демократов-героев и пьедесталы, на которые они взобрались, тоже показались ей знакомыми. Вот на том стоял Дзержинский в своей каменной длиннополой кавалерийской шинели, на этом - Ленин, ещё на одном - Свердлов со своим портфельчиком... Выходит, их спихнули, чтобы освободить место новым героям... Ага, вот и транспарант через всю аллею: "Слава героям-демократам!"
Насте стало страшно: памятники словно плыли в неясном грязноватом тумане, аллея уводила в полумрак, в котором они становились неясными, расплывчатыми тенями.
Она энергично выпрыгнула из постели. Приснится же такое! Настя не верила в сны - ни в черно-белые, ни в цветные - но ей подумалось, что посетило её видение - не очень хорошее, к неудачам или несчастью. Ей долго сопутствовала удача, а жизнь, как известно, слагается из темных и светлых полос: зебра полосатая. Памятники увиделись во сне, там и останутся...
Прошел всего лишь месяц после регистрации Издательского дома, но её "Африка" уже работала полным ходом. Деятельный Кушкин в десяток дней отремонтировал особнячок на улице Чехова. Как он шутил, в нынешней обстановке в России доллары решают все.
