– Стоп, стоп, Николай Григорьевич, – хитровато приостановила она его. – Мы не договорили.
Он не стал изображать глупую страсть, отсел, деловито свёл пальцы рук в замок.
– Слушаю.
– Я вот что хотела спросить, Коленька… Скажи, пожалуйста, а ты не догадывался, почему это именно с тобой произошло? В широком смысле – почему?
– В смысле взора судьбы?
– Примерно так.
Николай пригнул голову, подумал. Кивнул:
– Постараюсь объяснить. Не знаю, правда, как получится…
– Получится, получится. Говоришь ты как по писанному.
Он усмехнулся:
– Спасибо. Думал, конечно… Думал. Да.
Сказав так, он умолк опять. Марина сочла было, что это пауза… но он ничего не говорил, а сидел, сцепив руки, и смотрел куда-то ей в колени. Тогда она негромко позвала:
– Ну и что надумал?..
– А вот что, – откликнулся он враз, словно и не молчал. – Каждому из нас в жизни начертана та или иная линия судьбы. Причём хорошая такая, нормальная линия. Плохой судьбы ни у кого нет. Но! Другое дело, что нам предлагается игра во что-то типа лабиринта. Одна твоя дорога среди тысяч путаных дорог. И ты должен её найти. Найти себя – по сути, так. Нашёл – и судьба станет твоим другом. Побежит перед тобой, по твоей дороге, как нить Ариадны, – Николай улыбнулся, чуть смущённый этим выбросом эрудиции. – И с ним пойдёшь по лабиринту с ветерком, минуя всякие там тупики и ловушки. А не нашёл – ну, значит, так и будешь горе мыкать, ныть да обижаться на весь белый свет… Вот, в общем так.
– Ясно, – поняла Марина. – Получается, что каждому дан свой золотой ключик, да?
– В самую точку! – Николай осклабился. – И этот ключик…
– Талант, – снова всё поняла она.
– Ты у меня умница.
Марина скромно потупилась, щёки зарумянились.
– Я знаю… – тоненьким голоском протянула она… и так мило это у неё вышло, что Николай рассмеялся, схватил обе её руки и звучно, с чувством расцеловал.
– Ну хорошо, хорошо, – сказала Марина после того, как обоюдное умиление поутихло. – И если я правильно сообразила, ты свой талант нашёл?
– В поиске.
– Вот как? А как же…
– А как раз так, как есть сейчас. Вот здесь, сегодня.
– Прости?.. – Марина вопросительно подняла брови.
– Поясню. У меня, видимо, в самом деле, талант. Талант… – тут Николай слегка поморщился, – не люблю слова «экстрасенс»! Оно мне кажется слишком избитым. Талант к необычным восприятиям, так лучше. Я, в общем, его не очень искал… хотя, если теперь взглянуть на своё прошлое… да что там, задним умом все умные. Не искал. И судьба решила мне помочь. Привела меня сюда, в дядину квартиру, ткнула носом в эту переделку с маньяком – чтобы я разрешил её.
– Ты?
– Да, Мариша! Я – и никто другой. Я должен это сделать. Вычислить эту тварь! Я знаю. Сделаю – и тогда ясно увижу свой путь.
– Нить Ариадны?
– Наверное, – он тряхнул головой, улыбнулся. – Впрочем, Ариадну свою я уже, похоже, нашёл…
Докторша приняла это сообщение с достоинством принцессы.
– Значит, я – тоже знак судьбы?..
– Свет её, – на полном серьёзе ответил Гордеев. – Таких случайностей не бывает.
– Да и вообще никаких не бывает, – сделала философский вывод Марина. – А вот скажи, пожалуйста. На выходе из лабиринта – что тебя ждёт?
Николай посмотрел девушке прямо в глаза. Та не отвела взор, выдержала, только зрачки расширились, поглотив синеву радужной оболочки.
– Не знаю, – сказал Гордеев так же всерьёз. И добавил: – Пока не знаю.
