В заметках, дневниковых записях и письмах Пушкина немало резких критических суждений о православной церкви и ее служителях.
В поэме «Цыганы», рисуя картину современного ему общества, в том числе и петербургского, Пушкин выделяет как его необходимую принадлежность «суеверные алтари»:
Эти строки остались в черновике поэмы, опубликовать их Пушкин, конечно, не мог — защитой «суеверным алтарям» служила вся мощь самодержавного государства.
В 1801 году в Петербурге проживало 520 служителей православной церкви. Через двадцать лет число их увеличилось до 1991 и продолжало расти.
Священники и причт жили в церковных домах. Высшее духовенство — в Александро-Невской лавре.
Петербург был город молодой и деловой, церквей в нем было сравнительно немного. В конце 1830-х годов насчитывалось православных соборов и приходских церквей 46, домовых — 100, часовен — 45. По праздникам звонили в 626 колоколов.
Российское правительство воздвигало храмы не только для совершения религиозных обрядов и вознесения молитв. Здесь была и другая, мирская, цель — сделать столичный город Санкт-Петербург еще пышнее и торжественнее. Поэтому для постройки парадных церквей и соборов отпускались огромные суммы (так, Исаакиевский собор стоил более 23 миллионов рублей). Воздвигать их поручали выдающимся зодчим.
Петропавловский собор, собор Смольного монастыря, официально именовавшийся храмом Воскресения Спасителя всех учебных заведений, Никольский Морской, Троицкий собор в лавре, Казанский, Троицкий в Измайловском полку, Преображенский — творения Д. Трезини, Б.-Ф. Растрелли, С. И. Чевакинского, И. Е. Старова, А. Н. Воронихина, В. П. Стасова — замечательные образцы петербургского зодчества, сокровища русской архитектуры. Грандиозность и красота этих зданий поражали воображение. Внутреннее убранство тоже было великолепным. Иконостасы создавали талантливые мастера, иконы и роспись — лучшие художники, скульптуру — лучшие скульпторы. На оклады старинных «нерукотворных» и «чудотворных» икон, так же как на церковную утварь, не жалели ни золота, ни серебра, ни драгоценных камней.
Главным кафедральным столичным собором был храм во имя Святых апостолов Петра и Павла в Петербургской крепости. Под его сводами хоронили всех российских императоров и императриц, начиная с Петра I. Только юный царь Петр II, умерший в Москве и не любивший невской столицы, был похоронен в Первопрестольной. В соборе имелось особое Императорское место — помост под бархатным балдахином с вытканными на пологе российским гербом и коронами. Рядом находился еще один помост — для членов императорской фамилии. Напротив — вблизи огромного резного золоченого иконостаса сооружена была кафедра, с которой архипастырь произносил надгробное слово при погребении кого-либо из высочайших особ. Ни крещений, ни венчаний в этом храме не совершалось.
Около иконостаса помещались святые мощи: «Многоцелебная риза Спасителя в небольшом ковчежце, глава мученика Иакова Персиянина в ковчеге, разных святых в одном большом складном ковчеге».
Вблизи алтаря за железною решеткою стояли гробницы российских венценосцев. Надгробие Петра I украшала большая золотая медаль, на одной стороне которой художник поместил профиль Преобразователя в лавровом венке; по краю шла надпись: «От благодарного потомства», а на другой стороне — фигуру Геркулеса, опирающегося на изображение Петербурга. Медаль эта вручена была в 1803 году, в день празднования столетия города, императору Александру I депутацией жителей столицы. На саркофаге Александра I лежала серебряная медаль в память войны 1812 года, а на гробе цесаревича Константина Павловича — ключ от крепости Модлина.
