– Ты должен мне помочь. – Ей пришлось пойти на попятную и отправиться к брату. – Пожалуйста, давай сделаем это вместе. Ольга Васильевна помогала Гончару. Я думаю, что если ты тоже захочешь его вернуть, то вместе у нас получится.
– Извини, но нет. – Коля понимал, что заставляет сестру страдать, но в своей уверенности был непреклонен. – Даже пробовать не собираюсь. У тебя вся жизнь впереди, а ты собираешься поставить на ней крест. Стоит только начать – и потом уже не остановишься.
Единственным решением оставалась книга, и если Коля не ошибался и она действительно обладала способностями Гончара, то, погрузившись в повествование, она сможет вытащить оттуда Корги.
Будь это одной из уже опубликованных книг, среди которых она обнаружила и «Лекарство от любви» – несчастную историю брошенной женихом Магды, и «Неуд» с Козеттой в «главной роли», и «Пятьдесят с половиной копеек» о сожженном во сне собственной женой Шуйском, она бы могла дать объявление и поискать ее среди букинистов. Но «Игрока» не издавали, и это приводило Люсю в отчаяние.
Папа уехал в Первомайский, с Колей они не разговаривали.
Она рисовала, он по полдня пропадал в своем будущем университете.
Капля последней надежды вспыхнула в ней неожиданно, когда, отправившись в магазин, она заметила на улице женщину в инвалидной коляске и подумала о сестре писателя. Каким-то же образом она узнала содержание этой книги еще до того, как Олег Васильевич умер.
– Ольга Васильевна здравствуйте! – Люся позвонила ей, не доходя до магазина. – Это Люся. Двойняшка. Помните меня? Скажите, пожалуйста, вы не знаете, существует ли еще один экземпляр книги «Игрок»? Тот, что был у нас, к сожалению, испортился. А я так хотела ее прочитать!
Ольга Васильевна немного помолчала, обдумывая услышанное, потом сдалась:
– Да. У меня действительно есть копия, но ты должна поклясться, что вернешь ее в целости и сохранности. Я собираюсь перенести ее на компьютер и попробовать издать.
– Клянусь! – обрадовалась Люся. – Я сейчас к вам приеду!
Утро сияло и слепило, в точности как в тот день, когда они с братом оказались в Москве в первый раз. Музыка задорно разносилась по всей площади. Люся притормозила и, немного поколебавшись, двинулась в сторону зрителей. Ей так хотелось взглянуть на музыкантов, но она вряд ли когда-нибудь еще здесь появится.
Кое-как протиснувшись вперед, она увидела группу: тощего волосатого парня за барабанами, невысокую девушку со скрипкой и еще одного парня с гитарой, который пел. У него был довольно приятный голос, люди охотно ему подпевали. Слов песни Люся не знала, но принялась хлопать вместе со всеми.
– Тебе нравится, как они ее поют? – раздался за спиной мужской голос.
– Да, очень неплохо, – откликнулась она, не оглядываясь.
– Ты просто не знаешь, что такое неплохо, – хмыкнул он. – Если продолжат, весь народ распугают. Какая твоя любимая песня?
Люся обернулась, и глаза ее расширились от удивления.
– Привет, – прошептала она.
– Ну привет, – усмехнулся он и протянул ей руку: – Денис.
– Денис? Это что-то новенькое. – Люся машинально пожала его ладонь. – Разве тебя на самом деле зовут не Сева?
– Нет. Увы, всего лишь Денис.
– Скажи честно, ты здесь из-за меня?
Он расплылся в своей очаровательной улыбке.
– До этого момента я ничего об этом не знал, но вполне вероятно.
– Из-за меня, – с уверенностью сказала Люся, – потому что я всю неделю тебя рисую.
– Это приятно слышать, – он шутливо изобразил смущение. – Так ты не сказала, какая твоя любимая песня.
– Ты и сам знаешь. – Люся почувствовала, как ее снова наполняет радость. – «Вива ла вида», конечно.
– Подержи! – Он сунул ей в руки маленькую бутылку с водой и, ловко пробравшись между стоявшими перед ними людьми, оказался рядом с музыкантами. Дождался, пока солист дотянет последнюю ноту и, забрав у него микрофон, громко и выразительно пропел: «I used to rule the world…»
Люди бурно зааплодировали, а музыканты немедленно подхватили мелодию.
Затаив дыхание, Люся зачаровано следила за тем, как он непосредственно держится и с каким многозначительным видом отправляет ей каждую фразу песни. А голос его звучал ничуть не хуже, чем у Криса Мартина, и прежде она никогда не слышала, чтобы Корги так здорово пел.
– Обожаю его, – сказала одна пятнадцатилетняя девчонка другой. – Могу здесь часами стоять, когда он поет. Вчера они до самой ночи играли, и родители не хотели верить, что я не шла домой, потому что просто слушала музыкантов.
– Да, здорово, – подтвердила ее подруга. – А можно им что-нибудь заказать?
– Можно, только это платно.
– Они здесь вчера выступали? – Люся удивленно подалась к девчонке.
– Летом они тут почти каждый день уже третий год, – охотно ответила та.
– И он тоже всегда здесь?
– Денис? Конечно. Он же у них главный. Он, кстати, у нас в школе учился. В позапрошлом году закончил.
Люся отступила назад. Этого просто не могло быть. Без присутствия Гончара Корги не смог бы существовать для других людей. И в какой-то там школе учиться тоже.
