Он посмотрел на меня, развернулся и направился к шкафчику. Глядя ему в спину, я размышлял, чего ему стоило принять решение. Пленка была веским доказательством вины Кларенса Картера. В то же время на лице хозяина дома были написаны разные чувства, но только не раскаяние. Он вовсе не сдался, просто хотел отступить с наименьшими потерями. И все же решился отдать негатив. Возможно, потому, что где-то у него спрятано много оттисков. Или у Лизы Картер.
Франсуаз взяла из пальцев Рендалла маленькую катушку и посмотрела ее на свет.
— Насколько я могу судить, это именно то, — сказала она. — В любом случае, мы покажем оттиски Кларенсу, и он скажет, все ли здесь.
Рендалл развел руками, соглашаясь.
— У Лизы остались отпечатки? — спросил я.
— Лиза, — он хмыкнул. — Ты даже не знаком с ней, Майкл, а уже называешь по имени, как будто речь идет о простой шлюхе. — Он отвернулся к окну. — Впрочем, Лиза того заслуживает. Да, у нее есть отпечатки, и я не думаю, что смогу заставить ее отдать их.
— В этом нет необходимости, — сказала Франсуаз. — Пока. Зато вы сможете сделать кое-что другое. Мы займемся этим сразу после того, как приготовим бумаги. Поехали, мистер Рендалл?
— Не могу отказать такой роскошной женщине, — флаг Уесли Рендалла все еще гордо реял над полем битвы, хотя и был разорван снарядами в нескольких местах. Сейчас он чувствовал себя скверно, но все же не так, как пришлось пятерым солдатам и одному сержанту на тропическом берегу.
Он пошел к двери, не оглядываясь на нас. Из-за крайней загруженности нормы этикета были вычеркнуты из его календаря на сегодня.
— Надеюсь, ты не будешь возражать, — бросил я ему через плечо, — если пара наших ребят посидят у тебя в доме в твое отсутствие. Знаешь, книжки там полистают.
— Сколько угодно, — он не стал оборачиваться. — Но коллекционный коньяк в подвале пересчитан.
Я впервые ехал в одной машине с Джеймсом. Это был удобный случай поразмышлять о том, действительно ли он убил Сэма Роупера. Рендалл поднял глаза и о чем-то думал. Наверно, повторял таблицу умножения.
Кларенс Картер смотрел через темный витраж наполненного стакана и думал об отце. Как никогда, ему хотелось сейчас напиться, но он не мог. Подойдя к стойке бара, он собирался заказать двойной бурбон и обо всем забыть. Но потом он вспомнил посиневшее лицо Мери и вкус шампанского.
Отец. А ведь отец действительно считает, что он — убийца. Преступник, который должен понести суровое наказание. Картер всегда отвечает за свои поступки, — так говорит отец. А совершил ли он сам за свою жизнь что-нибудь такое, за что должен был бы держать ответ? Да отец вообще никогда ничего не делал.
Бармен с некоторым подозрением смотрел на парня, вот уже минут десять плескавшего в стакане охлажденную колу. Может, он набрался наркотиков? Только бы не начал буянить — сейчас самое время для посетителей.
Так должен поступать настоящий Картер. Это говорит отец. И те же слова постоянно повторяет дядя. Но у них обоих все выходит по-разному. И оба они, как ни крути, — Картеры. Так где же правда? Или нет никакого фамильного кодекса чести и оба они просто хотят, чтобы он поступал согласно их указке?
— Пора спасать твой нос, а то сейчас он утонет, — веселый, полный жизни голос раздается подле него. Кора.
— Привет, Кора. Ты хотела меня видеть?
Теплая рука девушки ложится ему на плечо.
— Тебе плохо, Клар?
Он кивает.
— Ты не должен так грустить, — девушка присаживается около него. — Мериен была моей лучшей подругой, я знала ее задолго до того, как вы начали встречаться. Мне тоже плохо, Клар, — ее лицо становится серьезным. — Мне тоже очень ее не хватает. Но ты не должен хоронить себя вместе с ней, Клар, не должен.
Кора — хорошая подруга, на нее можно положиться. Они всегда были вместе с Мериен.
— Что будет пить мисс? — бармен наклоняется к ней.
— Ничего не будет, — Кора качает головой. — Пойдем, Клар. Глупо с моей стороны было назначать встречу в баре. Тебе же нельзя пить. Прости.
Он ставит стакан с колой на стойку, тот почти не тронут. Кора осторожно берет его за руку и выводит на яркий солнечный свет.
Через пару дней он получит акции семейного банка. Что он станет с ними делать? Как сможет удержать? Как должен поступить настоящий Картер?
— Дядя предложил мне перевести акции на его имя, — говорит он. — Какое-то обязательство, что я отдам их ему, как только получу.
— Пойдем, Клар, — голос девушки спокоен, он придает уверенность. — Тебе надо выговориться. Но не здесь. Пойдем.
И он идет за ней.
— Я приготовлю для тебя кофе, Клар.
Он сидит на узком диванчике в квартире Коры. Она не такая шикарная, как бунгало Мериен. Но здесь спокойно.
— Мне надо что-то решить, — его пальцы обхватывают голову, но это не помогает. Мысли втекают и вытекают из нее, и их нечем остановить.
Девушка опускается рядом с ним, ее рука протягивает ему чашку с напитком. Он принимает его, осторожно сжимая пальцы и, стараясь не расплескать.
— Ты боишься, что не справишься? — участливо спрашивает она.
Кофе у нее вкусный, приятное тепло растекается по его телу. Жаль, что не удалось напиться.
