— Вчера, — поправила я, глядя на начало нового дня. — А что будет сегодня?
Ни он (вестник прошлого), ни бог (теоретически ведающий будущим) не смогли ответить мне.
Я валилась с ног. Войдя к себе в комнату, вовремя вспомнила об Эне. Поэтому переступила порог спальни тихонечко и сразу же задумалась, а не пойти ли спать куда-нибудь в другое место? Но к моему счастью девушка освободила место и могла самостоятельно двигаться, мало того, перестилала постель, собиралась заниматься привычными для служанок делами.
— Сударыня, — поклонилась она, увидев меня.
— Рада, что ты в порядке! — с такими словами я упала носом вниз на подушку, смяв под собой только поправленное бельё.
— Вчера я… — пробормотала она.
— Надеюсь, этого не повторится. И мне не придётся ещё раз бить тебя током, — бормотала я. — Как-нибудь расскажешь, кто, как и при каких обстоятельствах тебя заразил.
Эня посчитала, что пресловутое «когда-нибудь» уже настало. Хлопнулась на колени, бормотала о вестнике, поцелуях. На середине оборвала сбивчивый рассказ и в итоге выдала:
— Я буду служить вам. Вы для меня… — лепетала она, пока у меня не лопнуло терпение.
— Стой! — прервала попытку возведения замученной амазонки в ранг идеалов. — Я — просто я! А ты — это ты. А сейчас иди, дай мне отдохнуть. У меня была очень тяжёлая ночь.
Девушка поклонилась и быстро сбежала от меня. Наверное потому, что я грозилась запустить в неё громовым камнем.
День обещал стать не менее впечатляющим. Потому как, провалявшись в очередном бреду почти до самого вечера, меня подняли плохими новостями.
— Элеонора скончалась. — Поведал Шелест, заглянув ко мне.
— Нет, — не поверила я, усаживаясь на кровати. Ущипнула себя, Шелеста, убеждаясь в реальности происходящего. Слова друга с удовольствием списала бы на бред. Но увы! — Я вчера оставляла её живой… Сколько же я спала?
— Уже почти вечер. Вот и считай сама. — Ответил такой же истощённый, как и я, вампир. — Элеонора пришла в себя, поговорила о чём-то с Таем наедине, а потом её пришёл осмотреть лекарь. Ей стало хуже. Позвали служителя храма, отпеть её и…
— Нет! — я со скоростью ветра промчалась до палат её светлости. Двое стражников, скрипя зубами, пропустили меня в покои. Там шли приготовления к похоронам. Элеонору обмывали. А Тай, официально одетый в траурный наряд, серый от усталости, угрюмый и пустой, стоял у окна. Не моргая он следил за процессом обтирания тела. В то время как я, замерев при входе, боялась сделать хоть шаг, рядом с ним оказалась Ризи. Он незамедлительно принял её в свои объятия. И долго так держал.
— Прости Элеонора, — сорвался у меня шёпот. Его никто не слышал, кроме Шелеста, Тени, подоспевших за мной и Руи, который практически сросся с моей душой.
Взгляд снова коснулся мёртвого лица женщины. Я не могла понять, какой была её смерть: мучительной или лёгкой. Надеялась, что Элеонора «уснула» тихо и мирно, и никакой подлец не испортил это ядом или чем-то худшим.
Волк проскользнул в помещение, втиснулся между плакальщицами и принялся выколупывать что-то из-под дивана, на котором вчера страдала одержимая. Шум, производимый при этом, заставил Тая оторваться от Ризи. Они оба уставились на зверя, потом на меня. Больше всего на свете, я боялась увидеть этот взгляд — осуждающий, полный злости. Если бы не Шелест, я бы убежала. Но он подпирал меня плечом.
Играя с найденной вещью, оборотень подтолкнул её ко мне. Небольшой стеклянный сосуд ударился об мою ногу. Вампир поднял сие и понюхал.
— Духи? — спросила я, ещё не успев уловить запах.
— Яд, — опознал друг, передав мне стекляшку.
Честно — от сердца отлегло. А то начала винить себя в гибели Элеоноры. Впрочем, Тай сделал это гораздо раньше. Его глаза врать не могли — злился, что я не спасла её.
— Я видела такую вчера. У… — начала я, а Шелест подхватил.
— Это колба, как у…
— Лекаря! — в один голос мы озвучили вероятного убийцу.
— А-ууу! — похвалил нас Тень, и тут же ткнулся носом в пол, отыскивая след. Дальше всё превратилась в сплошную суматоху. Мы с Шелом бросились в погони, прихватив камни Линкарана, даренные для устрашения знати. Гнали лошадей за оборотнем. А он носился по Сулану, заглядывал то в один дом, то в другой, потом в кабак. Нигде не останавливался дольше пары минут и мчал вперёд.
Лекаря мы обнаружили в имении последнего пациента. Травить никого он не собирался — всего лишь сделать очередным слугой Иной. Хотя, как по мне, так Терена и обращать в другую веру не надобно. Трусость и предательство у него в крови.
— Что вам нужно? Уходите! — вышел встречать нас хозяин владений, как только наша поисковая команда ворвалась на его территорию, распугивая слуг и животину. Терен выскользнул на балкон, чтобы мы сломали себе шеи, глядя на него снизу вверх. Я хотела пустить в ход всё своё хвалёное красноречие и высказать ему, описать муки, ожидающие его в случае не повиновения нам. Но двери огромного дома распахнулись на пороге возник лекарь. От того мужчины в годах, серьёзного владельца мудрости и знаний о человеческом теле, ничего не осталось. Он был доволен кровавым даром, спокоен.
