Болота оставались Болотами в любых условиях. Весь мир мог окончательно провалиться в Бездну, оставив после себя лишь темноту и пустоту, но болотные топи ничуть не изменятся, будучи все той же невероятных размеров лужей гнили и едких кислот. Наемники учились выживать и не в таких условиях, но их природное чутье все равно было гораздо слабее, чем у исконных обитателей этих земель, с рождения становившихся частью Болот. И пока группа шла старой охотничьей тропой, Энтри заметно нервничала, постоянно оглядываясь по сторонам, словно пыталась что-то найти в ядовитых испарениях, но не находила.
Первый раз она позволила группе передохнуть лишь после восьмичасового перехода по развалинам в топях, добравшись до одного из их охотничьих укрытий. Группы следопытов уходили на болота надолго — недельные вылазки, когда вокруг не было никого, кроме кислотных топей и уродливых мутировавших тварей, были обычным делом. Поэтому на подконтрольной племени территории существовала разветвленная сеть проверенных охотничьих троп, проходивших по безопасным участкам. Они обычно отмечались специальными знаками, которые не мог разобрать непосвященный человек, но бывшими хорошо заметными для своих. И на каждой такой тропе были обустроены хорошо замаскированные лёжки, где охотничья группа из нескольких человек могла спокойно отдохнуть после долгого перехода, переждать неожиданно нагрянувшую непогоду или дождаться встречи с другой такой же группой. Чаще всего это были сохранившиеся изолированные укрепленные помещения выше уровня болот, с ведущим внутрь узким лазом, по которому взрослый человек мог пролезть только ползком.
Одно из них находилось на верхних уровнях полуразрушенного здания, на несколько уровней поднимавшегося над поверхностью Болот. Возможно, когда-то прежде здесь был жилой сектор, уцелевшие этажи оставались разделенными на небольшие помещения, обычно совмещенные в небольшие квартирки по две или три комнаты. Внутренние перекрытия там сохранились слабо, истлевшие и буквально проламывающиеся под пальцами, а вместо пола и потолков остались только металлические опорные каркасы, где тяжелыми гроздьями висели собравшиеся наслоения кислотных оксидов, чуть слышно скрипевшие под ногами.
Никому и в голову не пришло бы идти по голым металлическим балкам, но только так можно было добраться до верхнего уровня, где находилось одно из укрытий. Энтри показала, как надо двигаться, цепляясь веревочной петлей за протянутую вверху металлическую цепь, которая, если специально не присматриваться, была практически неразличима на фоне проходившей чуть выше балки. Там, на самом верху сохранилось странное помещение, радикально отличавшееся от всех остальных, с толстыми крепкими стенами, дополнительно усиленными бронированными листами, и дверью на винтовом замке. Одна комнатка, где вполне могла разместиться группа из пяти-шести человек, оборудованная собственными воздушными фильтрами и надежной дверью, закрытый замок которой снова открыть можно было только изнутри. Рейвен вспомнила, что видела похожие комнаты в богатых домах, и называли их «сейфами», поскольку предназначались они для того, чтобы там могли укрыться хозяева в случае опасности. Насколько велика вероятность того, что у людей, живших здесь в те времена, когда этот грандиозный город кипел жизнью, а не напоминал забытые и заброшенные надгробия бесчисленным умершим, могли быть такие же принципы безопасности? Достаточно большая, тем более, что эти развалины уже не раз напоминали Рейвен улицы ее родного города, только давно брошенные и сгнившие.
Энтри, потянув за рычаг, открыла массивную дверь и пропустила остальных внутрь. Сама лучница зашла последней, крутанула колесо запорного механизма и только после этого зажгла масляную лампу под потолком, осветившую помещение уютным желтым светом, напомнив путникам о домашнем тепле. Комнатка оказалась совсем простой, кроме нескольких скрученных спальных мешков, небольшой печки в дальнем углу здесь больше ничего не было, только многочисленные зарубки и пометки на стенах, оставленные группами, приходившимися сюда раньше. Энтри тоже, словно подчиняясь какой-то традиции, черканула какие-то пометки на стенке возле двери, и после этого сняла маску своего противогаза.
— Здесь есть дышать хорошо, — сообщила она, улыбнувшись. — Можете снять маску. Дышать хорошо.
Волчок с осторожностью сняла шлем и вдохнула. Воздух в помещении оказался спертым и тяжелым, прочитанным запахами прежних постояльцев, но вполне пригодным для дыхания.
— А ты уверена, что твои друзья не последуют за нами? — поинтересовалась она, снимая перчатки и растирая уже успевшую немного занеметь шею. — Мы же, если ты правду говоришь, прямо на дороге остановились. Найти нас не так уж и сложно, а если здесь обложат, выход отсюда только один…
