«Теперь отпускай. Нажми соседнюю кнопку, так ты запустишь автоматический разрядник, чтобы разогреть плазму. Они получают энергию от температуры топлива, поэтому им и не нужны собственные источники питания, можешь не волноваться».
Волчок утопила кнопку, послышался низкий гул, и плазменные кольца начали мигать, разгораясь то чуть ярче, то чуть сильнее, пока неожиданно не вспыхнули с силой, в несколько раз превосходя все предыдущие попытки, резанув светом по привыкшим к темноте и от того чувствительным глазам.
«Плазма прогрелась. Теперь можно запускать реактор», — тихо и спокойно продолжал объяснять происходящее голос, пока Волчок приходила в себя, на секунду успев испугаться, что взрыв уже произошел, а невидимый собеседник на самом деле только этого и хотел. Чуть-чуть успокоившись, она снова молча кивнула, ожидая дальнейших указаний.
Все было далеко не так просто, как девушка представляла с самого начала, поскольку реактор мало просто запустить, без необходимых подключений не находящая выход энергия разорвала бы реактор без всякой посторонней помощи за несколько минут. Девушка внимательно слушала, что говорил голос, повторяя все в точности, настраивая мощность системы, отключая или подключая отдельные участки, медленно возвращая реактору и всему бункеру рабочее состояние. Первым примером таких успехов стала вновь заработавшая вентиляция. Столь привычный прежде гул работающих вытяжек прозвучал в пустых помещениях неожиданно резко, и Волчок понадеялась, что Рейвен тоже его услышит, сообразив, что у них все-таки получилось хотя бы здесь.
Дальше шли системы безопасности и освещения. Голос сообщил, что протоколы защиты запускать не стоит, поскольку хоть они и среагируют на подконтрольных демону людей, но вместе с ними сработают и последние протокольные команды, не выполненные из-за резкого отключения энергии, попытавшись уничтожить всех, кто не является зарегистрированными сотрудниками. И девушки тоже станут целью для систем безопасности, так что наемница не стала с ним спорить. Однако системы освещения Волчок все равно активировала, как и большую часть всех систем жизнеобеспечения, переводя на них часть доступной энергии. Запасы воздуха, еще остававшиеся у девушек, лучше было сохранить, они еще пригодятся на обратном пути через пустоши.
— Давай же, Рейв, я знаю, что у тебя все получится, только не смей умирать раньше времени, — одними губами попросила Волчок, постепенно доводя показатели реактора до оптимальных величин. В таком состоянии он мог работать уже автономно без какого-либо контроля со стороны операторов. Оставалось только подготовить его на будущее, как единственный шанс взорвать все это место. Такого большого реактора должно хватить с избытком, особенно глядя на шкалу его мощности. И здесь девушка тоже вряд ли бы смогла разобраться без помощи голоса, который, в отличие от нее самой, точно знал, что нужно сделать, чтобы и запустить критическую реакцию, и выиграть для них как можно больше времени. Послушно подчиняясь его указаниям, Волчок перевела часть мощностей на замкнутый цикл, который в краткосрочной перспективе мог увеличить количество вырабатываемой реактором энергии. Однако если такой процесс выдерживать слишком долго, то возрастание энергии превысит все допустимые показатели, а постепенный перегрев плазмы приведет к ее переходу в сверхактивное состояние, неконтролируемой реакции и детонации.
Последнее, что сделала девушка — просто разбила прикладом своего оружия всю консоль, чтобы обратить вспять запущенные процессы было уже невозможно. Даже если среди тех, кого сейчас подчинил демон, найдется тот, кто сможет управиться с реактором, без пульта управления шансов у них все равно не будет. Волчок сжигала за собой все мосты, чтобы отступать больше было некуда.
Работа здесь была закончена, поэтому девушка, сама с трудом веря в то, что у них все получилось, подхватила винтовку и бросилась обратно ко входу, надеясь, что Энтри все еще жива. Металлические подошвы защитных сапог стучали по ступенькам переходов, пока девушка бежала, уже не пользуясь дополнительными визорами шлема, вновь включенного освещения вполне хватало для глаз, чтобы свободно ориентироваться в полумраке этого огромного зала.
