- Ладно, - махнула головой Цунаде. - Вы пробовали связаться с Фугаку?
Её взгляд прошёлся по лицам мужчин, замирая на пустых глазах Наруто. Цунаде внутренне похолодела. Захотелось прижать к себе это растерянное существо, утешить и сказать, что все будет хорошо. Но женщина прекрасно понимала, что нет гарантии на счастливое завершение дела. Даже «дела» самого ещё нет.
- Он не отвечает, - отозвался Итачи.
- Хорошо. Телефон Саске?
- Выключен, - буркнул Наруто, машинально вынимая из кармана свой сотовый и ложа перед собой. Прикусив губу, блондин решил попытать счастье в очередной раз, набрав знакомый до боли номер, и поставил на громкую связь. Писк и голос женщины сообщает, что дозвониться до абонента невозможно. Раздражение накатило новой волной, и Наруто слепо ударил по клавишам, выдыхая. Он внезапно почувствовал себя на необитаемом острове, отрезанным от людей. Не было даже малейшего шанса связаться с Саске…
- В городе пять психиатрических лечебниц, - следя за Наруто, проговорила Цунаде. - В трёх из них у меня есть хорошие знакомые, две же…там я ни разу сама не бывала.
- Почему?
- Не приходилось, - развела руками Цунаде.
Орочимару хмуро усмехнулся:
- А откуда такое желание вытащить его оттуда?
Все как один повернулись к мужчине, и тот вновь широко улыбнулся, польщённый таким вниманием.
- Зачем? Может, ему там будет лучше? Вы же знаете, что Саске недолго осталось. Что его разум умрёт быстрее, чем тело.
Раскалённые гвозди его слов входили глубоко в тело, и с каждой минутой Наруто отчётливо ощущал привкус иллюзорной крови на своих губах. Орочимару всегда говорил правду, всегда не страшился высказать свои мысли, разбивая тем самым розовые очки, ломая своей ледяной безразличностью к чувствам посторонних их песочные замки. А потом он прохаживался огнём по руинам, чтобы надежда не обрела очертания вновь…
- Сейчас он там, - медленно произнёс Орочимару. - Где должны быть такие, как он. Там всё оборудовано как раз для психов.
- Он не псих, - тихо выдохнул Наруто.
Орочимару замер, будто услышал совершенно неожиданное. Он медленно повернулся к Узумаки, вперившись желтоватыми глазами в его лицо, и скупо улыбнулся:
- Что, прости?
- Саске не псих, - громче повторил Наруто, до боли сжимая свой сотовый.
- Разве? - чёрные брови взметнулись вверх. - А я думаю иначе. Цунаде…
Насмешливый взгляд коснулся лица женщины.
- Как считает наш дорогой психолог?
- Орочимару, прекрати, - предостерегающе пророкотал Джирайя. - Ты не видишь, что делаешь ему больно?
- Наруто? - усмехнулся доктор. - Больно? Новая боль, старая боль…какая разница, Джирайя? Мальчик не хочет принимать реальность, как и ты в своё время.
- Орочимару, мы здесь не для выяснения отношений, - поморщился отшельник. - Речь сейчас о другом.
- Да ну. А мне кажется, что история повторяется, - ощерился Орочимару. - Не находишь эти совпадения забавными, отшельник?
Взгляд Джирайи стал холодным и острым. Какая-то почти незримая перемена произошла в его лице, и Наруто показалось, что старик вот-вот кинется на черноволосого, но тот лишь шипяще выдохнул, отворачиваясь.
- Я давно признал за собой ответственность. Я виню себя. Только себя. Тебе этого достаточно?
- Мне никогда не будет этого достаточно, - прошипел Орочимару, неожиданно поднимаясь из-за стола и выходя прочь из комнаты. Дверь за ним слишком громко хлопнула, став жирной точкой в этой непонятной беседе.
- У меня внезапно появилось желание, - философски проговорила Цунаде. - Развести вас всех по разным комнатам и дать побеседовать. А мы с Наруто продолжим искать способ спасти Учиху. Вы не против?
В её голосе не было раздражения, но Узумаки отчётливо понимал, что ещё немного и женщина сорвётся. Даже её спокойная улыбка не могла скрыть подлинных эмоций.
- Я…выйду подышать, - тихо попросил Наруто.
- Пожалуй, тебе бы не помешало, - кивнула психолог и положила руку на локоть Джирайи, который хотел было подняться следом.
***
Орочимару сидел на крыльце, как совсем недавно сидел Саске. Недавно? Прошло около пяти часов, а события утра казались всё ещё реальными. Наруто мог поклясться, что чувствовал на своей коже пальцы Учихи и мог ощущать его запах совсем рядом. Только тепла не было…
Наруто опустился на пыльную деревянную ступеньку, обхватывая себя руками и склоняясь туловищем к своим же коленям. Дышать всё ещё было трудно, но сердце, кажется, больше не пыталось пробить в грудной клетке дыру.
Рано или поздно мы примиряемся со всем. И как бы ни хотелось бунтовать, идти против жестокой системы, людей, против своей природы - ничего не выйдет. Система рано или поздно расплющит тебя своим катком, люди высмеют твои идеалы, а собственная сущность окажется полным заблуждением.
Ведь Наруто никогда не думал, что сможет испытать что-либо к…парню. Что все стереотипы, все рассказы и все осуждения станут неважным хламом, который будет валяться бесформенной кучей где-то на границе сознания.
Все предрассудки давно уже были похоронены.
Никаких опасений.
Никаких надуманных мыслей по поводу своих отклонений.
Только осознание, что есть Саске, что есть он, Наруто. Два человека.
