Просто люди, а другое - не важно.
И сейчас Учихе плохо. Намного хуже, чем самому Наруто, в стократ тяжелее физически, а, может быть, и морально.
И это осознание заставляло уставшее, почти умершее тело двигаться. Жить, ради чужой жизни, как бы пафосно это не звучало. Наруто всеми клетками своего тела ощущал, что он сможет помочь, что он сможет вновь встретиться с чёрными глазами и увидеть презрение, злость, ненависть. Да что угодно…
Лишь бы увидеть.
Сбоку что-то зашевелилось, и Наруто запоздало заметил, что Орочимару протягивает ему сигарету. Недоумевающе посмотрел на доктора, но тот изучал лишь высокие сосны впереди.
- Это, конечно, убивает и всё такое…
- Спасибо, - неуверенно пробормотал Наруто, принимая сигарету и подкуривая от протянутой следом зажигалки.
Мужчина, убирая зажигалку, повернулся к блондину, смерив его раздражённым, но безгранично усталым, взглядом. Забавно, значит, даже этот идеальный и непроницаемый во всём человек может испытывать эмоции. И, более того, существует вещь, заставляющая его терять стальной самоконтроль.
Наруто уставился на слегка дымящуюся сигарету в своих пальцах, будто не понимая, что делать с ней. Тонкая, пахнущая ментолом, она была совершенно не похожа на те, что курил Саске.
- Это курят, Наруто.
- Я знаю…
Узумаки прихватил губами шершавый фильтр и втянул в себя едкий дымок. Горло обожгло почти забытым ощущением и захотелось закашляться, но блондин лишь фыркнул, пытаясь сдержаться.
- Я завидую твоей надежде, - неожиданно тихо признался Орочимару.
- Ч-что?
Он всё же закашлялся от таких слов и уставился во все глаза на мужчину.
- Ты веришь, что снова увидишь Саске.
- Да, - уверенно отчеканил парень.
- Мне бы твою веру в своё время.
- О чём вы?
Орочимару, отщелкнув в сторону бычок, потянулся за новой сигаретой. Пока его тонкие пальцы ловко доставали тонкую палочку, губы кривились в подобии болезненной улыбки. Он скосил глаза на Наруто, и тому показалось, что радужки мужчины слабо светятся. Хотя это было лишь иллюзией воспалённого и уставшего сознания.
- О том, что иногда мы совершаем большие глупости только из-за отсутствия веры. В себя, в друзей, в…судьбу, если хочешь.
- Иногда, - передёрнул плечами Наруто, делая очередную затяжку уже не такого противного дыма. Сигарета в собственных пальцах казалась до ужаса непривычной и неправильной. Нет, всё-таки Узумаки никогда не мог понять этого странного дымного ритуала…
- Я не верил. Никому и ничему.
«Как и Саске», - мрачно отозвался внутренний голос, и Наруто усмехнулся мыслям, скатывающимся лишь к Учихе.
- Даже в себя, - выдохнул Орочимару и замолчал, вновь возвращаясь к разглядыванию сосен.
Он был уже немолод и далеко не здоров. Душа, истерзанная многими годами безжалостной работы, разъедающим чувством вины и наигранным безразличием, стремилась вырваться из ненавистного тела. А тело хотело уничтожить тот внутренний свет, который религиозные люди считают искрою Бога. Вечная борьба с самим собой. Это так выматывает…
- Я сорвался и перестал верить, Наруто. И это привело к…
Орочимару осёкся, комкая в пальцах так и не подожжённую сигарету.
- Возможно, и тебе лучше отпустить Саске сейчас, чем потом винить себя всю жизнь.
- Винить в чём? - нахмурился Наруто. Слова доктора пока что не достигали цели, да и вообще вряд ли он сможет понять туманные намёки. Сейчас мозг отказывался работать так, как следует. Он просто принимал информацию, а обдумывать её и разбирать на смыслы было слишком трудно.
Повернувшись к Узумаки, Орочимару пристально посмотрел в глаза парня и выдохнул дым.
- В его смерти.
- Смерти? Я хочу вытащить его оттуда, а не убить, - фыркнул Наруто.
- Когда он превратится в подобие человека, и в его глазах ты будешь читать лишь мольбу о смерти, ты ответишь на эту немую просьбу.
- О чём вы вообще…
- Заставляя Саске жить, чем ты лучше Итачи? - скривился Орочимару, позволяя эмоциям вновь показаться на лице. - Ты также привязываешь его к этому миру. Только не так явно, как это делает его брат.
- Но…ему нужно жить, - опешил Наруто. - Он же…не хочет…
Непонимание нахлынуло внезапно. Холод сковал мышцы, заставил кровь остыть в жилах, и по телу вновь потекли мелкие колкие осколки. Наруто смотрел на безмолвного мужчину перед собой и читал в его глазах Пустоту. Горечь на губах, едва заметный блеск в глазах. Орочимару сожалел и был готов в своей вине доходить до крайности, закрываясь щитом профессиональной вежливости и сарказма.
Наруто опустил глаза, разжимая пальцы и роняя сигарету под ноги. Он, как и Итачи, изо всех сил цеплялся за Саске, мешая тому двигаться, мешая тому закончить свою жизнь. Он просто эгоист…
Мысли путались в голове, болью отзываясь в висках. Цветные картинки одна за другой сменяли друг друга, слова, сказанные и подуманные, звучали эхом ушах.
- Ты хочешь спасти его, - кивнул Орочимару. - Это понятно. Это так по-человечески. Я тоже хотел спасти своего друга, а в итоге мне пришлось его убить.
- Вы…
Орочимару отряхнул руки от табака и ошмётков бумаги. Он спокойно улыбнулся и встал.
- Подумай о том, что я тебе сказал. Возможно, это шанс дать Саске уйти.
