- Тех, кому всё равно, они запирают на третьем этаже, - ещё тише прошептала черноволосая.
- А что там, на третьем?
- Истлевшие…
Учиха нахмурился. Эта девушка производила впечатление самого настоящего психа, но он не мог отделаться от мысли, что она та самая тварь, поселившаяся в его голове. Он подолгу смотрел на её лицо, пока она несла какую-то околесицу. Знакомые движения губ, знакомые глаза, пальцы…
Нет. Это просто не может быть она.
Саске прикрыл глаза в тщетной попытке уснуть. В уши назойливым жужжанием лез её звонкий голос. От него было не скрыться. Он обволакивал холодным коконом, и от всего этого становилось только хуже.
- А потом тётушка сказала, что садовый шланг это не змея и мне всё мерещится. Ты представляешь?! Мерещится! Но я уверена, что эта змея хотела убить меня! Задушить!
Открыв глаза, Учиха уставился на болтливую девушку самым недобрым взглядом, жалея, что она слишком реальна, чтобы рассеяться.
- Представляешь? - выпалила она, распахнув свои зелёные глазищи так широко, что белки едва не вываливались из орбит.
- Заткнись.
- Что? Ты что-то сказал?
Она с интересом подалась вперёд, готовая зацепиться за любую фразу, дабы продолжить этот бессмысленный трёп.
- Отъебись от меня! - уже громче прорычал Саске, поднимаясь с кровати. Его пошатнуло и пришлось ухватиться рукой за железную спинку жёсткого ложа.
Взгляд сам собой стрельнул в сторону безразличных ко всему санитаров, но Саске тут же ругнулся. Он поверил в сказку о зловещем третьем этаже, которую рассказала девушка, увидевшая в садовом шланге змею.
Ты безнадёжен, Учиха…
Он сделал шаг вперёд, обхватывая себя руками. Взглядом отметил свободный клочок стены у окна. Там хотя бы можно будет посмотреть наружу, скоротать время.
Скоротать время?
До чего?
Чего ты ждёшь?
- Хех, - усмехнулся своим мыслям Саске, осторожно двигаясь к своей цели.
Зазоры между кроватями были настолько узкими, что приходилось приложить все усилия, чтобы не потерять равновесие и не запнуться о собственные же ноги.
Он говорил себе не смотреть на тех, кто лежал на этих кроватях. Но взгляд всё равно цеплялся за пациентов. Большинство из них спало или же притворялось, а другие смотрели в потолок пустыми застывшими глазами.
Саске приказал себе отвести взгляд от сухонького старичка, кожа которого была до того смуглой, что казалось, будто мужчина провёл под открытым небом большую часть своей жизни.
Наконец он добрался до выбранного клочка стены и, прильнув к ней плечом, прикрыл на миг глаза. На чёрном полотне закрытых век взрывались разноцветные искры, расходясь постепенно потухающими кругами.
Теперь это твой дом.
Когда головокружение слегка улеглось, Саске вновь открыл глаза, обводя взглядом зал. Нужно было привыкать к этим безобразным серым стенам, к железным холодным кроватям с их колючими зелёными пледами, к людям с пустыми глазами и трясущимися руками.
Не все в зале были такими. Многие пребывали в каком-то оцепенении, сидя на кроватях и тихонько раскачиваясь, другие читали. Очевидно, это место что-то вроде местного чистилища. Здесь происходит отбор тех, кто может ещё вернуться в общество и тех, кому суждено сгнить за каменными стенами лечебницы.
Взгляд искал хоть что-то, за что можно было зацепиться. И нашёл. Она всё ещё сидела напротив его кровати и раскачивалась, набирая скорость. Она не пропала, как думал Саске.
Нет. Она не может быть реальной…
Учиха провёл рукой по лицу, стирая липкий холод, льнувший к коже.
Пора было привыкать к этому всему.
Всё закончится именно так, именно здесь. В этой лечебнице.
Нужно научиться ждать…
Саске впервые порадовался, что осталось ему недолго. Он был благодарен своей болезни за то, что она вскоре избавит его от скуки, от медленно тянущихся секунд в месте, где совершенно нечем себя занять, кроме как мыслями.
А без нужных лекарств это лишь вопрос недели. Двух?
А, может быть, и нескольких дней.
Двери общей комнаты открылись, и внутрь ввели ещё одного пациента. Одежда его была такого же грязно-серого цвета, как и у Саске, но на лице парня отчего-то красовалась довольная ухмылка, словно он был рад попасть в это место.
Санитар отпустил руки, и обладатель пепельных волос как-то картинно поклонился в спину уходящему мужчины. Когда двери захлопнулись, он обернулся, обводя шальным взглядом комнату.
Кто-то из пациентов смотрел в ответ на него, но большинство предпочли уткнуться в пол и не подавать признаком жизни. Это сразу насторожило Саске, и он подумал, что на ближайшие несколько часов нашёл себе занятие. Наблюдать за этим странным парнем.
Тем временем тот двинулся вдоль кроватей, останавливаясь напротив каждого и заглядывая им в лица. Что там искал этот придурок, Саске понять не мог, но, очевидно, тому это доставляло большое удовольствие, потому что улыбка становилась всё шире и шире, пока не переросла в жутковатый оскал.
Он замер напротив читающей пожилой женщины, склонив голову в сторону.
