Его Божество вновь с ним.
И оно хочет себе новую жертву.
***
В кабинете местного хирурга уже горел тусклый желтоватый свет. Кажется, на большее здесь не стоило и надеяться, ибо жадность для кого-то - первое счастье.
За большим окном, зарешеченным с внешней стороны, уже смеркалось, и ужасные рыжие отсветы и чёрные тени залегли на лице-маске женщины. Кэтрин, кажется, так её звали. Она отчаянно пыталась выглядеть моложе, но ни её косметика, безобразной штукатуркой лежащая на лице, ни духи не могли вернуть ей былое. Своей морщинистой, словно сначала намоченная, а затем высушенная бумага, кожей она живо напоминала какое-то потустороннее создание. И Учиха даже понял какое, когда она приблизилась ближе. Баньши - древняя мифологическая тварь…
- Руки.
Сидя на плоской медицинской кушетке, Саске привалился спиной к холодной стене и молча наблюдал за женщиной. Она выкладывала на железный столик рядом с ним устрашающего вида приспособления, подходящие для камеры пыток больше, нежели для кабинета врача. Хотя здешняя атмосфера как раз подходила для съёмки фильма про средневековую инквизицию.
Саске вскинул глаза на ужасно сосредоточенное лицо Кэтрин и невольно усмехнулся.
И ведьмы здесь тоже были.
- Ты меня не слышишь? - вздёрнула она свои тонкие светлые брови, почти сливающиеся по цвету с кожей из-за чего её лоб казался неправдоподобно высоким, а голова слегка вытянутой.
Она подняла на него глаза и уже твёрже повторила:
- Руки.
Вздохнув, Саске протянул ей свои многострадальные конечности. Криво ухмыльнувшись, Баньши резко развернула их запястьями вверх, укладывая на железный стол между ними и придвигая ближе лампу неонового света.
- Сначала режетесь, а потом ваши жизни спасай.
- Я никого не просил и не прошу, - упрямо ответил Саске, наблюдая, как медленно её костлявые пальцы распутывают свалявшиеся бинты.
Скептически хмыкнув, Баньши подцепила край бинта небольшими ножницами и пару раз сжала руку, отчего бинт вскоре развалился на две части. Взору предстали действительно распустившиеся швы, и женщина мрачно покачала головой.
- За твоё поведение обезболивающее не получишь.
Саске отвечать не стал, понимая, что его слова здесь ничего не значат, а разговаривает Кэтрин, скорее всего, ради собственного удовольствия.
Шершавые пальцы неприятно прошли по коже вдоль линии шва, и женщина в очередной раз хмыкнула. Саске даже показалось, что она ведёт какой-то немой диалог внутри себя.
Ножницы и тонкие щипцы подцепили первую нитку, медленно вытягивая её из мяса.
***
- Джирайя, - позвал Наруто, лежа в тёмной комнате и глядя перед собой. Вскоре в углу вспыхнул трепещущий огонёк свечи, выхватывая из тьмы лицо отшельника. Мужчина как раз зашёл в комнату блондина с очередной кружкой какого-то ароматного отвара.
Поёрзав, Наруто сел в кровати, вглядываясь в молчаливого крёстного. Тот словно чувствовал, что от неприятного разговора ему не отвертеться, и был непривычно подавленным.
Опустив кружку на тумбочку рядом с кроватью, Джирайя пододвинул стул ближе и опустился на него, напряжённо вглядываясь в лицо парня.
- Ты хочешь знать историю?
- Нет…то есть, да. Но…попозже, - замешкался Наруто. - Джирайя, что там? Что решили?
По решению Цунаде его лишили возможности присутствовать на дальнейшем обсуждении, отправив в спальню, предварительно напоив каким-то очень горьким лекарством, от которого Наруто моментально сморил тяжёлый сон. Чувствовать себя отрезанным от мира было нелегко и даже противно, а неизвестность, стоило разуму проснуться, опустилась раздражающей пеленой.
- Решили завтра начать искать в тех больницах, где у Цунаде есть знакомые, - ответил Джирайя.
«Завтра». Это слово прозвучало приговором, словно бы оно значило «никогда» или же «опоздал». Слишком медленно, слишком…
Заметив тень волнения на лице Наруто, Джирайя со вздохом сказал:
- Сегодня уже слишком поздно. В такое время там вряд ли будет кто-то нужный…
- Такое время? Сколько сейчас?
- Двенадцать.
Прикусив губу, Наруто удручённо опустил голову, уткнувшись лбом в согнутое колено. Он проспал практически весь день, а ведь мог потратить это время на что-то полезное…
«На что?», - разумно спросил внутренний голос.
И Узумаки не мог найтись с ответом.
Непонятное, безликое чувство вины разливалось по лёгким, склеивая их ледяным ужасом.
- Не волнуйся. Это всего лишь день…ничего с ним не будет.
Блондин недоверчиво зыркнул на Джирайю, невесело усмехаясь. Конечно, не будет. Ведь это не у Саске до отвращения отвратительный характер, ведь это не Учиха рвётся бить морду каждому второму, кто ему просто не приглянулся, ведь это не он не может держать язык за зубами.
- Хорошо, - выдохнул Наруто, беря себя в руки. - Завтра так завтра.
- Тебе же нужно вернуться к родителям.
Узумаки так выразительно посмотрел на отшельника, что тот лишь тяжело вздохнул. Наруто был поразительно упрямым и было легче связать парня во сне и в таком виде доставить его приёмным родителям, нежели пытаться докричаться до здравого смысла.
- Джирайя, я думаю, что я не имею права заставлять Саске жить…если он не хочет.
