— Документы подделаны. Караванщики знают слишком много и мало одновременно, умудряются ничего не сказать. Отправляем патрули — пусто. Проверяем записи — их нет. Вроде всё правильно, результата нет. — Он стукнул пальцем по столу. — Мы искали очевидные ответы, а каждый раз заходили в тупик.
Жилин кивнул. Сам он столкнулся с тем же: чем дальше заходило расследование, тем меньше становилось ясности.
— И это не случайность. Каждый раз, когда мы пытались продвинуться, что-то вмешивалось. Намечали операцию — внезапно начинались конфликты. Караваны спорили, случались кражи, утечки. Нас постоянно отвлекали. — Марцин посмотрел прямо на него. — Кто-то знает, как мы работаем. И всегда оказывается на шаг впереди.
— Ты думаешь, это целенаправленное действие?
— Это как пытаться поймать тень. Она есть, ты её видишь. Стоит протянуть руку — и ничего, она уже знает, где ты будешь в следующий момент.
Ночь в Вулканисе была тихой, улицы словно вымерли под тяжестью комендантского часа. Жилин задержался в баре дольше, чем следовало, но чувствовал себя в безопасности. Корочка следователя Гильдии открывала двери, позволяла игнорировать мелкие правила. Он мог спокойно дойти до комнаты, даже если попадёт на патруль. Вместо этого решил свернуть в узкий проулок, сократить путь.
Шаги отдавались глухо, стены сужались, отбрасывая длинные тени. Пахло пылью и чем-то гниющим. В тот момент, когда он ступил на середину переулка, воздух разорвал грохот выстрела.
Жилин рефлекторно рухнул в сторону, скользя вдоль стены. Пуля с визгом прошла в нескольких сантиметрах, срикошетила от грубо сваренной металлической балки. Глухой стук о кирпичи раздался в ответ.
Кривой револьвер, судя по углу стрельбы. Торопились. Не рассчитали.
Тишина, растянувшаяся в несколько секунд, показалась вечностью. Где-то впереди послышались торопливые шаги, кто-то уходил, явно не рассчитывая на затяжную разборку.
Жилин медленно выпрямился, сердце всё ещё билось тяжело. Оружия с собой не было — он оставил его, считая, что Вулканис слишком надёжен, чтобы кто-то осмелился напасть открыто. Теперь это казалось ошибкой.
Он выглянул из-за угла, вглядываясь в лабиринт переулков. Тёмный силуэт мелькнул за выступом стены.
— Стой! — выкрикнул он, но фигура уже скрылась.
Преследовать? Безоружный, без плана, он был лёгкой добычей в этом городе теней. Жилин выругался, глядя на металлический пол, где ещё мерцала раскалённая гильза. Стрелок был близко, очень близко. Это предупреждение.
Кто-то знал, он здесь. И не хотел, чтобы он продолжал свой путь.
Жилин двигался быстро, без суеты. Сердце уже пришло в норму, мысли — тоже. Нападение было спланированным, но не рассчитанным до конца. Значит, либо хотели напугать, либо спешили. В обоих случаях это давало ему преимущество.
Вячеслав не пошёл в общежитие — слишком предсказуемо. Вместо этого свернул к массивному зданию Гильдии, держа плечи расслабленными, оставаясь начеку.
Гильдия возвышалась над городом, её узкие окна-бойницы ловили свет прожекторов, освещавших периметр. Внутри хранились слишком важные документы, чтобы оставить здание без охраны.
Перед воротами стоял импровизированный блокпост — несколько бойцов, без оружия, с цепкими взглядами. Они не останавливали прохожих, но любой, кто приближался, чувствовал их внимание.
Жилин подошёл без резких движений, один из охранников шагнул вперёд.
— Поздновато для прогулок.
Жилин молча предъявил удостоверение.
— Жилин. Следователь. Нападение в переулке. Мне нужно внутрь.
Боец изучил документ, затем кивнул.
— Проходи.
Внутри пахло пылью, бумагами и сталью. Несколько охранников сидели за массивным столом — кто-то просматривал отчёты, кто-то дремал. Стоило Жилину войти, как внимание переключилось на него.
— Что-то серьёзное? — спросил один из них, откладывая бумаги.
— Попытка убрать меня, — коротко ответил Жилин. — Неумело, достаточно громко, чтобы понять намёк.
Бойцы переглянулись. Один бросил взгляд на старшего, тот лишь кивнул.
— Остаёшься тут, до утра — под охраной.
Жилин кивнул. Его проводили вглубь здания, где он мог переждать ночь. Пока противник думал, что он мечется, у него было время разобраться, кто стоит за этим нападением.
Коридоры Гильдии встретили прохладой и стерильной тишиной. Здесь не было бардака или суеты — только порядок, выстроенный годами. Пол устилали крепкие деревянные доски, шаги охраны отдавались в них глухим эхом.
Двое шли впереди, один — позади, контролируя слепые зоны. Их взгляды цеплялись за детали: двери, окна-бойницы, тени на поворотах. Работа без эмоций, чистая механика профессионалов. Эти люди видели слишком многое и не исключали возможность нападения даже в стенах гильдии.
— Комната для тебя готова, — произнёс один из охранников, высокий, с седыми висками. Жилин кивнул, продолжая идти.
Дальше был ещё один пост — массивная дверь, усиленная металлическими полосами. У неё дежурили двое. Не столько для защиты, сколько для контроля.
Один из них поднял голову, посмотрел сначала на Жилина, потом на командира охраны.
— Гильдия в курсе?
— Уже в курсе, — коротко ответил седовласый. — Его оставляют до утра.
