– Хорошо, – произнесла Айрис и поглядела на каждого из нас в нашей пестрой компании.
Я поняла, что она пытается подобрать нужные слова, чтобы объяснить свое предложение наиболее рационально.
Итак, мы едва не переступили через очень опасную черту, но вовремя остановились. Мы не можем быть ни жертвами, ни палачами. Признаю, наше официальное правосудие не способно справиться с таким типом, как Джозеф. Однако я считаю, что мы должны найти способ поступить с ним цивилизованно.
У нее на лбу прорезалась морщинка.
– Предлагаю передать его якорям. Пусть они судят Джозефа за его преступления.
– Айрис! – воскликнул Адам и откинулся на стуле так, что тот скрипнул. – При всем уважении к тебе, я думаю, что ты хочешь переложить на них ответственность!
Айрис поджала губы.
– И еще, – заговорил Оливер. – Нам прекрасно известно, что произойдет, когда Джозеф окажется в их лапах. Якоря его казнят, и, уверен, куда менее гуманным способом, чем тот, который могли бы избрать мы.
Айрис скрестила руки на груди.
– Но мы сможем убедить их обращаться с ним как с военнопленным.
– Ага! И что же, они согласятся? Допустим, но, сестренка, якоря захотят обуздать его и приструнить, но по-своему. Спустя недели три ты рискуешь проснуться с Джозефом, стоящим у твоего изголовья.
Я вздрогнула. Картинка была не из приятных.
– Я заберу его, – проговорила Мэйзи.
Сама мысль показалась мне безумной, но ангельское личико было абсолютно безмятежным, а голубые глаза смотрели умиротворенно. Мэйзи опять ошеломила меня.
– Я заберу его в то измерение, где держали Гудрун. Я сумею туда попасть.
– Занятно, – протянул Оливер.
– И я останусь с ним. Вероятно, позже мне удастся достучаться до него…
– Не мели ерунду! – перебила ее Айрис. – Что за чушь! Мы не собираемся позволить тебе пожертвовать жизнью ради реабилитации парня-социопата.
Мэйзи хлопнула руками по столу.
– Его испортили те, кто хотел уничтожить грань.
Она перевела дыхание и пытливо посмотрела на всех нас.
– Меня испортили те, кто должен был бы ее хранить.
– Нет, милая, – возразила Эллен. – Ты совсем не такая, как Джозеф!
– Совсем? – переспросила Мэйзи, обращаясь скорее ко мне. – Но Джозеф испытывает удовольствие, убивая. Я же способна уничтожить Джозефа немедленно, нимало не утеряв душевного равновесия.
Она взглянула на Айрис:
– Или мне действительно надо провести остаток жизни взаперти, чтобы я никого больше не убила?
Потом она обратилась к Эллен:
– Дорогая тетя, ты, конечно же, не хочешь видеть во мне копию Джозефа, но, если честно, для меня он – самое настоящее зеркало. Кто знает, вдруг я смогу ему помочь?
Мэйзи поглядела на Оливера:
– Дядя Оливер, ты ведь меня понимаешь…
Реплика Мэйзи озадачила меня, но я решила подумать о словах сестры попозже.
– А вдруг Джозеф будет моим единственным шансом на искупление?
У Оливера хлынули слезы из глаз.
– Я понимаю, милая. Еще бы.
– Ты спятил, Оли? – спросила Айрис у брата.
– Вероятно, поскольку мне, на самом деле, наплевать, что мы с ним сделаем. Убьем. Заточим. Без разницы… Но Мэйзи – другое дело, и я только сейчас осознал, насколько жестоко мы с ней обращались. Она – не маленькая девочка, которой надо запрещать бегать с ножницами в руках. Она взрослая женщина, которая совершила ужасные поступки. Но, слава богу, Мэйзи раскаялась в содеянном.
Оливер забарабанил пальцами по столу.
– Да, Мэйзи… вот в чем заключается твое отличие от Джозефа.
– Прислушайся к брату, Айрис, – произнесла Эллен. – Мы отказались полностью принять Мэйзи. Пусть и не вынесли ей смертный приговор, но буквально держали ее в плену без надежды на досрочное освобождение.
Щеки Эллен разгорелись, и она добавила:
– Мэйзи, прости… Я люблю тебя. Если ты считаешь, что твой план принесет тебе покой, избавит тебя от бремени, тогда я тебя поддержу…
У Эллен сорвался голос, и она всхлипнула.
– Но пообещай мне, что не останешься там навсегда.
Мэйзи перегнулась через стол и пожала руку Эллен.
– Я попытаюсь.
– Вы что вытворяете? – вскипела Айрис. Гнев и страх пересилили ее разум.
Оливер поднялся и встал возле Мэйзи.
– Наша маленькая девочка выросла, и нам нужно ее отпустить.
– Нет, – отрезала Айрис и заморгала. – Хотя Мэйзи и выросла, она всегда будет моей малышкой.
Айрис покосилась на меня, ища поддержки:
– Вы обе. Мерси и Мэйзи. Я вас вырастила. Вы мои.
Я постаралась совладать с переполняющими меня чувствами.
– Мы останемся твоими девочками, Айрис, – сказала я. – Но Мэйзи права. Она сделала свой выбор. А мы обязаны предоставить ей свободу. Давайте дадим ей шанс! Пусть Мэйзи станет тем человеком, каким она могла бы стать, если бы якоря грани и ведьмовские кланы не лишили ее той жизни, которой она заслуживала.
Взглянув на Мэйзи, я потеряла способность сдерживать себя.
– Мне придется тебя отпустить, но, похоже, мое сердце не выдержит еще одну утрату. Если тебе это действительно необходимо, я не стану у тебя на пути, но не смей со мной прощаться.
Я с трудом отодвинула стул и встала. Доковыляла до двери и приоткрыла ее. Я была не в силах обернуться, иначе я бы заточила сестру, навсегда привязав к нашему дому, и она бы меня никогда не покинула.
