Женщины же подходили к лагерю. Это было понятно благодаря Элис, которая чуяла здоровенное количество эмоций. Здесь из деревьев начинали высовываться сталагмиты, которые напрягали Карелин своей зловещностью. Им приходилось идти через самые густые заросли, периодически замирая по команде принцессы, когда патруль мутантов прыгал по веткам. Мэри даже было как-то неловко, что она почти не замечала и не слышала мутантов. Элис же уверенно вела всех за собой, пока они не наткнулись на здоровенные чёрные скалы.
– Они здесь. Все, – прошептала принцесса, – Чёрт! Всё платьишко испоганили мне эти кусты и ветки!
– Элис! Мужики наши там? – шепча воскликнула Кар.
– Я...я... я не понимаю. Слишком много...слишком много их там. Мне тяжело разобрать.
– Значит, надо уменьшить их количество, – задумалась Мэри.
– Как? Будем убивать всех по-тихому?
– Не-не-не! Я не буду массовым убийцей-ниндзя. Не просите! – сразу открестилась медик.
– Нет. Просто устроим пожар, – уверенно предложила Мэри.
– Алан в заложниках, прошу заметить.
– Я знаю, принцесса. Я разберусь с этим. Ваша же задача будет найти ребят и освободить их, пока я отвлекаю внимание. Ясно?
– Но...но это же опасно! Как ты будешь без моего шестого чувства? И как мы будем без твоего инстинкта убийцы? Кар же только водичкой их обольёт, испытывая чувство вины.
– Эй!.. – Карелин хотела возмутиться, но приуныла, – Ладно, она права.
– У нас нет других вариантов. Вы сможете пробраться туда?
– Я...м-м-м.., – Элис будто бы всматривалась в никуда, – Вроде тут должно есть ещё несколько входов. Можно попробовать зайти слева, но…
– Слева? Если смотреть на солнце…Ага, там юг. Значит, с востока. Отлично. Тогда за дело. Идите. Я буду в порядке.
Девочки ушли, оставив Мэри одну. Она встала ровно, сложив руки в медитации. Сосредоточившись только на слухе, находить успокоение в мелодии леса было куда легче. Бестианиды были где-то там, далеко. И даже если близко, их не было слышно. Ровное дыхание постепенно начинало становится глубже и громче. Мэри начинала выдыхать через рот. При этом ей тяжело давался контроль. Тело вздрагивало. Дыхание сбивалось. Но она обрела контроль, и из её уст полилось пламя. Не разрушительное, не мощное, но всё ещё способное навредить бедным деревьям. Новус продолжала сильнее раздувать языки, что начинали обволакивать своей изменчивой природой всю зелень вокруг. Начало пожару было положено.
Недолго времени заняло у бестианид, чтобы поднять тревогу на столь трагичное для них бедствие. Каннибалы табунами побежали с вёдрами воды, шлангами и огнетушителями в истерике, которая очень давила на Элис. Но между тем, она обнаружила небольшой спокойный участок. Где было больше непонимания. "Либо это глупые мутанты, либо это глупые наши оболтусы. В любом случае, надо туда", – подумала Элис.
– Кажется, у Мэри получилось.
– Да. Теперь у нас должно получиться. Пошли, Кар.
Вокруг лагеря торчали обсидиановые скалы, что, будто рука, обхватывали весь лагерь. Эта же рука выполняла функцию стен. У входа в виде арки из сталагмита и деревянных досок было всего пара охранников. Оставшиеся бестианиды сильно рассредоточились по лагерю. Учитывая его размеры, по сути, каждый был совсем один. В лучшем случае, сторожили парами. Элис понимала, что это давало им большое преимущество. Но что конкретно делать, она не понимала. Ведь эти два охранника были как сплошная стена для неё.
– Что нам делать? – спросила Карелин, прятавшаяся среди кустов.
– Ты меня спрашиваешь? Я что ли знаю, думаешь? Я даже стрелять не умею.
– А я умею что ли?
– Хм… Что же делать… Есть одна идея! Следуй за мной, когда они меня поймают и уведут к клетке.
– Что?!
– Что слышала!
– Я не уверена, что…
Но Элис не слушала. Она выскочила прямо на тропу перед охранниками, и своим резким девчачьим голоском начала приказывать, – Я – Элис Суприм – принцесса Северных Врат – требую освободить моих поданных!
Бестианиды почесали затылок, переглянулись друг с другом, а потом выстрелили из звуковой пушки. Как ни странно, звука почти не было. Но Элис оглохла и сразу же упала наземь. Всё чувствуя и понимая, она не могла пошевелиться. И только лишь один бестианид начала волочить её за руку по земле. Второй же остался на посту.
