– А почему? Наблюдения Луана давно устарели и не несут практической пользы, а данные переписи будут полезны при восстановлении столицы. Чем ты можешь обосновать свое решение? Представь мне неопровержимые доказательства и факты. Проанализируй этот выбор.
Дзоми промолчала.
– Несколько лет назад Танванаки потребовала в качестве дани все наши личные украшения, – продолжила императрица. – Мне пришлось расстаться с несколькими бесценными нефритовыми подвесками, и я до сих пор не могу выйти в свет при полном параде, как того требует протокол. Если бы ты могла вернуть одно украшение, утраченное в тот день, то какое бы выбрала?
– Ожерелье из ягод, подаренное мне учителем, – с некоторой неохотой ответила Дзоми.
– В ходе битвы в заливе Затин мы потеряли много оружия и боевых машин. Стоимость одних только копий с алмазным напылением равняется сумме налогов, собираемых с крупного города за год. Если бы ты могла вернуть что-нибудь из утраченного оружия, то что бы предпочла?
– На-ароэнну, Конец Сомнений, клинок маршала.
– А если я попрошу сменить эмблему твоего министерства на надпись буквами зиндари, чтобы всем было проще прочитать, ты ведь с радостью на это согласишься?
Дзоми снова промолчала.
– Все твои ответы продиктованы не логикой, а чувствами. Ты отдаешь предпочтение сентиментальной ценности, а не практической. Так почему ты попрекаешь кашима, которые ведут себя точно так же?
– Но ведь это вовсе не то же самое! Нельзя сравнивать личные чувства и…
– Не вижу разницы. Логограммы ано – это наша история. Они связывают нас с прошлым, с подвигами героя Илутана во время войн Диаспоры, с рассказами великих мудрецов, живших еще до эпохи Тиро. Тогда как буквы зиндари были изобретены, чтобы облегчить ведение записей купцам и упростить измерения ремесленникам, чтобы позволить государственным писарям делать сокращенные пометки, которые потом можно будет переписать логограммами. Эти буквы всегда несли исключительно практическую функцию; они лишены красоты и очарования логограмм.
– Я не оспариваю красоту логограмм, но эта красота имеет свою цену. Да, логограммы позволяют сочинять хитрые зрительные образы, геометрические стихи, загадки, столь обожаемые учеными. Они позволяют придумывать бесконечные игры, которыми от скуки маются богатые и образованные. Но все это меркнет по сравнению с удобствами для простолюдинов…
– Ты продолжаешь выступать от имени бедняков, хотя бедные кашима уже отвергли твои идеи, – перебила Джиа. – Когда ты последний раз брала в руки косу или тяпку? Когда последний раз выбирала из моря невод с угрями или сигами? Когда тебе последний раз приходилось просить токо давиджи составить письмо? Как давно ты уже живешь в Пане? Сколько лет считаешься одной из наиболее влиятельных персон на Островах?
Слова императрицы звучали как пощечины. Дзоми всегда гордилась тем, что выросла в бедной семье, как будто незнатное происхождение морально возвышало ее над остальными. Но теперь императрица упрекала ее в том, что она потеряла связь с реальностью, оторвалась от корней.
– Мне прекрасно известно, каково быть бедной! Хоть сто лет здесь проживу, а не забуду вкус маринованных гусениц. Эти студенты сами не знают, что для них хорошо, а я знаю!
Императрица тяжело вздохнула.
– Никто не обвиняет тебя в недостаточных знаниях или в оторванности от корней. Порой мне кажется, что ты чересчур умна, чтобы понимать вещи, очевидные другим.
– Не понимаю, что вы хотите сказать.
– Слушай свое сердце, Дзоми, и не кромсай на клочки все мои слова своим острым умом. В детстве ты не играла с фигурками в виде логограмм, а твоим учителем был великий мудрец, презиравший общепринятые нормы, и поэтому твоя любовь к логограммам идет от ума, а не от сердца. Но вернись назад, во времена, когда ты еще не знала логограмм, и попробуй взглянуть на них глазами твоих противников.
Дзоми вспомнила, каким было ее детство до встречи с Луаном Цзиаджи, до получения официального имени. Тогда ее, крестьянскую девочку, звали просто Мими. По большим праздникам ее мать ходила к святилищу Киджи за узелком на счастье – крошечной восковой логограммой, обвязанной традиционными для Дасу узлами. Затем монахи и монахини развязывали узлы и расшифровывали значение логограммы, объясняя, что ждет их семью в ближайшее время. Маленькая Мими с восторгом смотрела и слушала объяснения, думая, что восковые логограммы обладают огромной волшебной силой.
