Полина подозвала Митю, он взглянул на фотографию и неуверенно улыбнулся.
– Да, наша, спасибо! – воскликнула Маргарита. – Спасибо! Подскажете, как дойти?
– Да вам в такой холод лучше на метро. И быстрее будет!
– На метро… да. – Маргарита оглянулась на своих спутников, уже понимая, что без денег никакой транспорт им не светит. – А пешком далеко?
– Да не нужно им на метро! – возразил второй рогатый. – По времени то на то и выйдет. Минут двадцать. Вот, видите памятник Долгорукому? Вам во-о-он туда. Прямо, а дальше разберетесь.
– Спасибо.
Друзья отошли на несколько шагов и все как один застыли с поднятыми головами. Могучий воин на огромном коне и высоком постаменте был почти незаметен под пушистой снежной шапкой и в море праздничных огней. Его холодная бронзовая фигура сливалась с темнотой неба, и лишь вытянутая правая рука попадала в луч золотого света.
– Памятник Долгорукому…
– Как мило, – сказала Анисья.
– Интересно, он может быть связан с теми Долгорукими, которых мы знаем? – спросила Полина.
– Если бы еще быть уверенной, что он был потусторонним! – отозвалась Маргарита.
– Вряд ли мы это поймем, стоя у его памятника, – добавил Сева. – Давайте поторопимся.
Они обогнули ярмарку, стараясь не обращать внимания на ароматы кофе и коричных булочек. Проходя мимо кафе, они одновременно ускоряли шаг и не оглядывались. Оставалось надеяться, что в гостевом доме их накормят ужином или хотя бы напоят чаем.
Маргарита еще пару раз уточнила дорогу у прохожих, и вот наконец впереди показался угол высокого голубого особняка.
– Он, – облегчением выдохнул Митя.
Маргарита пробежала глазами по шести колоннам, увенчанным белыми шарами и соединявшим черную вязь забора с воротами. В окнах было темно, занесенный снегом двор за воротами спал, и только расчищенная дорожка, которая вела к лестнице, говорила о том, что люди здесь все-таки появлялись.
Митя толкнул створку ворот, но они оказались закрыты. Анисья тоже попробовала прикоснуться к ним, но ничего не изменилось.
– Что… что, если и Дима направился сюда же? Что, если он внутри? – проговорила Василиса.
– Вряд ли Велес сбежал в Москву, – сказал Сева. – Скорее всего, туннель за ним уже начал схлопываться, поэтому мы не смогли догнать его и провалились в ближайший выход.
– Попробую отправить информационный ком. – Анисья вылепила прямо из воздуха сгусток слабого света и бросила его за забор. Шарик проплыл над крыльцом, стукнулся в одно окно, другое, третье… Везде было заперто, никто не услышал бьющегося в стекло информационного кома, и тот постепенно растаял в темноте.
– Дела плохи, – подытожил Сева.
– Здесь написано, что это музей и работает он до восьми вечера, – прочитала Василиса на табличке.
– Ведь должен остаться сторож, охранник, кто-нибудь! – воскликнула Полина.
– Даже если он выйдет, то что мы ему скажем? – спросила Маргарита.
– Может, говорить не будет надобности? – предположила Василиса, все еще рассматривая табличку на воротах. – Если у колдунов есть сюда доступ, значит, все разрешится. Тем более с нами Муромцы.
– А если это будет обычный потусторонний, которого ни о чем не предупредили?
– Даже если и так, – вмешался Митя, сдавшись и отступив от ворот, замок которых не поддавался ни заклинаниям, ни прикосновениям выходца из древнего рода. – У нас будет хоть какой-то шанс попасть внутрь. А пока мы стоим тут совершенно одни, вход в особняк нам, похоже, закрыт.
Маргарита поежилась. Даже ей – Огненной – уже становилось зябко. Захотелось очутиться в уютной гостиной Нестора, прижаться головой к спинке мягкого кресла и прикрыть глаза, позволяя колдовским снам о духе мороза Карачуне завладеть ее мыслями. Хотелось, чтобы песни колядующих убаюкали ее, унесли в неведомую страну смешных рогатых существ, увешанных колокольчиками.
– Ладно, не поддаемся отчаянию! – услышала она решительный голос Полины. – В Москве живет мой дедушка, и мы…
– Что же ты сразу не сказала?!
– Подождите, – остановила Полина поток возмущения. – Дом его находится неблизко. Пешком мы никак не доберемся. Но у нас нет денег на транспорт. Мы бы легко доехали на метро, но в таких нарядах нам не удастся пройти мимо турникетов незамеченными.
– Может, попросим денег у прохожих?
– Анисья, здесь никто не знает Муромцев, а потому не поверит, что благородное семейство обязательно возместит долг.
– И что же тогда делать?!
Полина переглянулась с Маргаритой. Теперь обе чувствовали нараставшую тревогу. Это был «их» город. Когда-то он казался бы простым и понятным. Теперь же все поменялось. Сосредоточиться на деталях не удавалось – надо было думать о том, как отсюда выбраться. Но у обеих в головах уже возникали десятки вопросов, и хотелось скорее обо всем поразмышлять. Жизнь здесь отличалась от жизни в Росенике кардинально. Это тревожило и мешало концентрироваться на нужных вещах.
– Может быть, вернемся на площадь? – предложила Василиса.
– Зачем? – спросила Анисья, еще раз дернув створку ворот.
